Меченый

Разве я не говорил вам, что она убийца?

– Мне казалось, вы говорили образно.

– Вы не знаете, что меня нужно понимать буквально, Виктор? Мы знакомы достаточно долго, вам уже следовало бы это понять. Я проследил за ней до этого места. Понял, что она готовит встречу. Поставил машину на полянку в кустах и принялся ждать. Нас было трое: я, машина и направленный микрофон. Отличная игрушка, но я никогда не стал бы пользоваться ею прилюдно. В наушниках я выгляжу как лопоухая принцесса Лейя из «Звездных войн».

– Значит, вы слышали наш рассказ о девочке? – спросил я.

– Да, слышал. Очень печальный рассказ, поэтому не хочу даже вспоминать о нем. – Лавендер взглянул на часы. – Женщина с пистолетом упомянула о каких-то «чистильщиках». Полагаю, она имела в виду друзей Чарли из банды Уорриков. Наверняка они сейчас спешат сюда, чтобы скрыть трупы. Полагаю, нам следует прекратить болтать попусту. Чарлз, вы готовы продать картину?

– Нет, – ответил Калакос, – извините, я, конечно, вам обязан, вы спасли нас и все такое прочее, но я не продам картину.

Я ее верну музею.

– Вы так решили? А я уже договорился о том, чтобы освободить вас от картины, причем не с вашим другом.

– Все равно ничего хорошего из этого не получится. Все, что с ней связано, оборачивается злом, если вы понимаете, о чем речь.

– Не совсем. А как насчет вас, Джозеф? Вы готовы расстаться со своей долей после стольких лет ожидания?

– Да черт с ней, – сказал Джоуи.

– А, опять разочарование, но похоже, здесь я ничего не могу поделать.

Вас обоих накрыла волна дешевой сентиментальности, и я далек от мысли нарушать ваш настрой, однако несколько удивлен, что вы, Виктор, не приложили усилий, чтобы переубедить их. Лично я хотел лишь полюбоваться на эту прекрасную вещь, прежде чем доставить ее покупателю. Ну ладно, хорошо. Примите мой совет: бегите отсюда, немедленно. Мне тоже нужно спешить. Меня ждет пасхальное яйцо работы Фаберже на стоянке передвижных домиков в Толидо. Представляете? В Толидо. У изделия история, как и, впрочем, у яиц Фаберже. Кажется, последний владелец этого сувенира был расстрелян Лениным и сброшен в старую шахту. Вот и говори после этого, что прав тот, кто сильней. Чао, друзья мои.

Он забрался в разбитый автомобиль, мигнул нам на прощание фарами, объехал такси, стол для пикника, покосившиеся торговые ряды, выехал на узкую двухполосную дорогу и направился на запад – наверное, к Огайо. Он внезапно влетел в мою жизнь, поугрожал ей, спас ее и неожиданно вылетел.