Меченый

Вот вам и тайное появление на месте преступления.

Я обернулся к полицейскому:

– Спасибо, приятель.

– Всегда рады услужить, – ответил он с усмешкой.

Я опять повернулся к стае репортеров и, прежде чем направиться в дом, заметил в толпе рыжие волосы, обрамлявшие бледное веснушчатое лицо.

Это было настоящее место преступления. Повсюду сновали копы, что-то записывая в блокноты, криминалисты брали пробы и наносили дактилоскопический порошок на стены и дверные ручки, фотографы делали снимки, и все шутили и поедали сандвичи.

Я двинулся в гостиную. Меня остановил полицейский в форме и попросил подождать, пока он не найдет Макдейсса.

Дом нуждался в ремонте. Возможно, это не замечали его обитатели, но я без труда обнаружил потравы времени. Когда-то светлые стены потемнели, лак на мебели потускнел, ковровый ворс истерся. На всем лежал коричневатый оттенок, а пахло так, словно дом вымачивался в никотине бесчисленное количество лет. Здесь был и другой запах – отталкивающий, говорящий о гниении, распаде и смерти.

Мне он показался знакомым, и вскоре я вспомнил, где его чувствовал: в комнате миссис Калакос.

На ковре были разложены пронумерованные карточки – каждая рядом с меловым кружочком. А на краю ковра, напротив заставленного бутылками сервировочного столика, виднелись нарисованный мелом контур человеческой фигуры и безобразное темное пятно.

Через дверной проем я увидел кухню, озаренную яркой лампой, и Макдейсса в коричневом костюме и черной шляпе, который разговаривал с Лоренсом Слокумом.

К ним подошел тот самый полицейский, просивший меня подождать. Выслушав его, они одновременно повернули головы. Макдейсс неодобрительно покачал шляпой и поманил меня пальцем. Слокум, когда я направился к ним, с отвращением отвернулся.

– Кто? – спросил я, имея в виду жертву преступления.

Макдейсс проводил взглядом полицейского и сказал:

– Парень по фамилии Чулла.

– Подозреваю, что знаешь. Мы нашли твою визитку в его бумажнике.

– Вот как. – Тут я вспомнил, где слышал эту фамилию.

Ее называла миссис Калакос. – А зовут его, случайно, не Ральф?

– Одна пуля в колене, две в голове.

– Несколько часов назад.

– Если б мы знали, ты бы нам не понадобился.

– Друзья называли его Дубина Ральф.

– Да, он был крупным парнем. Почти как я.

– Дайте мне минутку, ребята.

– Не думал, что ты можешь побледнеть сильнее, – сказал Макдейсс. – Выходит, ошибся.

Я прошаркал в гостиную, плюхнулся в большое мягкое кресло и обхватил голову руками.