— Ну что, скотина⁈ — выйдя на главную дорогу посёлка, крикнул я существу. — Обиделся, что конюх позвал сюда чужаков? Это в твои планы не входило, да?
Тёмный леший повернул на меня свою громадную голову и издал яростный рык. Меня обдало горячим зловонным воздухом. Окна в нескольких домах лопнули, послышался звон стекла.
Обменялись пламенными речами перед схваткой. Хорошее начало…
Когда-то ещё в восемнадцатом веке один голландский врач предъявил фразу, которая стала одной из главных пословиц медицинских работников.
«Светя другим, сгораю сам».
Он даже полагал, что главной эмблемой врачевания должна стать горящая свеча. Что ж, теперь для меня эта фраза заиграла совсем другими красками.
Только сгорать здесь я не собираюсь.
— Давай разберёмся быстро, — произнёс я, приближаясь к лешему. — У меня сегодня вечером ещё дуэль, а завтра снова идти на работу. Сильно задерживаться не могу.
— Чёрт возьми, Мечников, ну ты и безумец! — воскликнул Синицын, поравнявшись со мной.
Илья просунул руку под плащ и вытащил из скрывавшихся под ней ножен клинок.
— Ты, кажется, хотел уйти вместе с остальными? — напомнил я.
— Хотел, и до сих пор хочу, — кивнул он. — Но не могу же я бросить своего главного делового партнёра? Кстати, ты двадцать минут назад спрашивал, сколько у меня витков…
Руки Ильи вспыхнули ослепительно-ярким светом.
— У меня их три, — произнёс он. — Негусто, но, может быть, вдвоём эту тварь завалить и сможем.
Итого четыре витка на двоих, если не считать мой обратный.
Шансы резко повышаются.
— Обходим его с двух сторон, — скомандовал я, когда леший начал, стремительно ускоряясь, приближаться к нам. — Ты слева, я справа. Как только окажемся в его слепой зоне, будь готов прожечь его всем запасом лекарской магии.
— Уж маны я точно не пожалею! — воскликнул Синицын, и мы одновременно прыгнули в разные стороны.
Монстр, громко рыча, пронёсся между нами, но по движению его мышц я понял, что о нашем плане он уже догадался, и теперь собирается сделать крутой поворот, что ударить одного из нас рогами.
Похоже, тварь решила, что Синицын опаснее, чем я.
Что ж, посмотрим, как изменится его мнение, когда я разорву его органы обратным витком. Только Илью всё равно нужно спасти, иначе монстр насадит его на свои рога.
Я оттолкнулся от земли и, зацепившись за его чёрную шерсть, начал взбираться на спину твари.
— Эй! Урод! — прокричал я. — Ты не с тем воюешь!
Однако на мой голос он не обратил никакого внимания.
