Он появился совсем ненадолго, а после этого вновь исчез. Я надел фонендоскоп и приложил головку инструмента к её межрёберью.
Готов поклясться, что я слышу сокращения сердца. Тихие, едва заметные.
Я решил пойти дальше и надел на её плечо манжету тонометра. А затем накачал воздуха — совсем чуть-чуть. Сильно пережимать артерию было нельзя, иначе любой звук исчезнет.
И ненадолго пульс снов появился.
Жива. Она жива! Трупных пятен нет, зрачки, когда я поднимаю пальцами её веки, реагируют на свет магической лампы.
Это не смерть.
Не биологическая, и не клиническая. Это нечто куда более редкое.
Я поспешил подняться к семье Бахмутовых. Для меня было важно — сказать скорбящим родственникам, что шанс спасти её ещё есть. Просто для этого потребуется смекалка и большой запас магической энергии."
"— Андрей, — произнёс я, оказавшись перед скамьёй, на которой сидели Бахмутовы. — И вы, уважаемые. Вскрытие я не начал. Потому что девушка жива.
Вся троица одновременно подняла на меня свои взгляды.
— Что вы сказали? — просипел старший Бахмутов.
— Алексей, что ты такое говоришь? — не поверил моим словам Андрей.
— Это называется летаргический сон, — объяснил я. — Причина мне пока не ясна. Но Софья уснула. Да так крепко, что отличить её от мертвеца попросту невозможно.
Мать вновь завыла, уткнувшись в плечо Андрея.
— Так что же нам делать, Алексей⁈ — крикнул солдат. — Ты только скажи, я помогу всем, чем только можно!
— Знаю, что поможешь, — кивнул я. — Но для начала мне нужно переговорить с главным лекарем.
Ей нужна очень качественная помощь.
А точнее — Софье Бахмутовой нужно реанимационное отделение, которого здесь нет! Чем же я могу ей помочь? У меня теперь есть два витка, но рисковать в таком случае не стоит. Для начала нужно обсудить ситуацию с Кораблёвым. И только после этого приступать к решительным действиям.
Я поспешил на верхний этаж к кабинету главного лекаря.
— Иван Сергеевич! — воскликнул я. — Пациентка жива.
— Какая пациентка? — не понял он. — Вы уже закончили вскрытие? Так быстро?
— Да я про мёртвую и говорю, — попытался объяснить я.
— Не мертва она. Это явление называется летаргическим сном. Мы должны ей помочь. Девчонке просто не хватает сил прийти в себя.
Кораблёв побледнел.
— Да вы, должно быть, спятили, Мечников? — удивился он. — Какой ещё сон? Я лично её осмотрел. Моя магия не отозвалась. Значит, она мертва.
Почему он ничего не знает про летаргию? Это явление чуть ли не в средневековье наблюдали. Сейчас даже та эпоха уже давно позади.
