Но лучше я не буду грузить этой информацией Родникова. Он ещё от фонендоскопа не отошёл.
Придётся слегка приукрасить правду.
— Знаю я, как работает эта хворь, Эдуард Семёнович, — заявил я. — По последним рекомендациям столичных лекарей, такого больного нужно изолировать. Иначе через пару дней все, кто здесь лежит, будут страдать от такого же недуга.
— Батюшки! — испугался Родников. — Только этого счастья нам не хватало! Сейчас я организую ему комнату. А как лечить…
— Как лечить, я знаю, — ответил я. — Это можешь доверить мне.
Пока Родников отправился придумывать, куда переместить больного, я невольно задумался о том, как всё-таки здесь не хватает младшего и среднего персонала. Во всём госпитале один дежурный лекарь и один сторож.
Ни санитаров, ни медсестёр. В итоге лекарь бегает по зданию, пытаясь подобрать подходящее помещение, и тратит драгоценное время, которое мог бы посвятить пациенту.
Беда. Тут бы провести реформу здравоохранения. Да если совместить мои знания об организации медицинской помощи с местной лекарской магией… Этот мир перевернётся с ног на голову!
Я подошёл к больному и воззвал к последним остаткам своей магической энергии.
Запаса чаши хватит только на одно заклятье. Потом лекарский виток полностью истощится.
— Сейчас будет немного неприятно, — предупредил больного я. — Придётся потерпеть. Если захочется кашлять — кашляйте, не стесняйтесь.
Я приложил правую руку к груди больного и направил свою магию на слизистую бронхов и альвеол — мельчайших структур лёгких.
А затем заставил реснички сокращаться, ускорил отхождение мокроты.
Дренаж. Это единственное, чем я могу помочь больному без антибиотиков. Очистить просвет бронхов от скопившейся там слизи.
Пётр тут же закашлялся, после чего схватил предоставленный мной поддон, и сплюнул мокроту.
— Ох, Алексей Александрович, что же вы так меня мучаете… — простонал он.
— Потерпите, очень скоро вам станет лучше. Такую процедуру дежурным лекарям придётся устраивать два раза в день, — объяснил я.
Вскоре подоспел Родников, мы перевели пациента в маленькую комнатушку без окон.
Кровать в ней едва поместилась, поскольку помещение, судя по всему, некогда было кладовкой.
Я объяснил коллеге, как конкретно использовать на больном лекарскую магию, а затем вспомнил ещё кое-что.
— Кстати, Эдуард, ты проследи за его самочувствием ночью, — сказал я. — Если моя теория верна, лихорадка вернётся. Но сильно температуру ему не сбивай. Пусть немного прогорит — быстрее выздоровеет.
