— Вы же понимаете, лекарь Мечников, сколько я уже обошёл ваших коллег? Половина из них ставит алкоголизм, а другая пожимает плечами. Если вы просто набиваете себе цену…"
"— Что вы добавляете в свои краски, чтобы картины становились сияющими? — перебил его я.
Я уже понял, что Шацкий — мужчина эмоциональный. Творческая личность. В моё время таких пациентов было пруд пруди, и далеко не каждый из них был художником. В таких случаях, по крайней мере, находясь на рабочем месте, нужно уметь сглаживать конфликт. Это тоже, своего рода, магия.
— Что я добавляю в краски — это секрет, — хмыкнул он. — Это мой хлеб, моё творчество. Я не могу рассказывать про…
— Конечно, вы можете не рассказывать, если хотите и дальше ходить с тремором, — кивнул я. — Анатолий Васильевич, скоро он усилится, и вы не сможете работать. Кисть из рук будет выскальзывать. Однако я действительно заинтересован в том, чтобы помочь вам. Мы можем подписать соглашение о том, что всё сказанное вами никогда не покинет этого кабинета.
— Нет, не надо, — ответил он, смерив меня строгим взглядом. — Почему-то я вам верю, Алексей Александрович. Вы всё же отличаетесь от своего дяди. Чем-то вы к себе предрасполагаете… Наверное, тем, что Олег Сергеевич уже выгнал бы меня с приёма ещё пять минут назад!
Не замечал за дядей такой вспыльчивости. Видимо, я ещё плохо его знаю.
— Я придумал технику, с помощью которой делаю свои краски более яркими, — заявил Шацкий. — Цвета становятся свежее и будто блестят. Картина начинает казаться объёмной, словно её персонажи или фон двигаются.
Понимаете?
— Что используете, Анатолий Васильевич? Фосфор? Мышьяк? — прямо спросил я.
— Ч-что… — затрясся Шацкий. — Кто вам рассказал⁈ Я ведь ещё даже не обмолвился… Это моё изобретение!
Не стану говорить художнику, что этой техникой ещё двести лет назад пользовался Рембрандт. Судя по всему, в этом мире даже такого художника не было. Но самое главное даже не это.
— Мои поставщики могли проболтаться, но… — заикался от волнения Шацкий.
— У нас с ними договор! Я плачу им большие деньги!
— Анатолий Васильевич, успокойтесь, — усмехнулся я. — Я сразу понял, чем вы отравились. Тремор рук, тошнота, сияющие картины — несложно сопоставить это и вычленить диагноз. Так какими же вы пользуетесь веществами для улучшения качества красок?
— Мышьяк и свинец, — сдался он.
— Вы в курсе, что это токсические вещества? — спросил я. — Если они попадают в организм — начинается поражение многих органов.
