Мечников. Том 11. Свет разума

Иначе… Вы знаете, что случится иначе.

Император не только лишит Сперанского титула князя, но, скорее всего, и прикажет казнить их с Угловым. Заключением они уже не отделаются.

Я хлопнул Аристея по шее, подав ему мысленный сигнал, куда нам нужно двигаться. Хотел бы я улететь отсюда через окно, но — нет.

Мне ещё нужно забрать свои вещи.

Грифон пронёсся через громадный кабинет Сперанского, вышиб двери и вместе со мной спикировал вниз мимо десятков лестничных пролётов.

— Никому не трогать Мечникова! — свесившись через перила, прокричал Сперанский.

Вот и познакомились, Филипп Михайлович. Война между нами не закончена, но теперь он будет сильно скован в действиях. Ведь у меня есть на него компромат. Я в любой момент могу сообщить о нём императору.

Переговоры вышли относительно мирными. Но убивать Сперанского я не хотел. И не мог. За это меня объявят в розыск. И доказать свою невиновность будет очень трудно.

Повезло ещё, что эту башню строили будто для великана.

Никто, кроме одного надоедливого бога.

Снаружи башни, в узком проулке между зданиями, где я собирался скрыться от чужих глаз, меня встретил маг-телепортатор. Похоже, его уже совершенно не смущал тот факт, что нас могут увидеть другие люди. Он достал из кармана пистолет и направил его на меня.

— Вот и всё, господин Мечников, — заключил Янус. — На этом наше с вами знакомство подходит к концу… — бог резко изменился в голосе и прикрикнул на своего избранника: — Да расширь ты этот чёртов портал, болван! Я хочу видеть его смерть!

Что ж, шах и мат. Его палец уже надавливает на спусковой крючок. Теперь мне не удастся даже обратным витком отбиться. Просто не успею. В этом и опасность огнестрельного оружия для магов. Чаще всего пуля гораздо быстрее магии.

Но один я здесь не умру. Я заберу уродов с собой.

Последнее, что я успел сделать — зарядить лекарской магией собственную руку и метнуть сумку прямо в портал — в обитель двуликого бога. В тот же момент прозвучал выстрел и меня повалило на землю.

Сознание я ещё не потерял, поэтому смог увидеть то, о чём мечтал уже очень давно. До чего же, чёрт возьми, приятная картина.

— Это что… — прозвучали последние слова Януса.

Больше он ничего сказать не успел.