Мечников. Том 11. Свет разума

Видимо, воздействие этой магии оказало слишком большое давление на нервную систему.

— Ох, да какой же из вас лекарь⁈ — в отчаянии бросил старик. — Всю руку мне изворотил, сволочь!

— От вопросов не уходите, Дергачёв! — прикрикнул на него Елин, а затем перевёл взгляд на своих стражников. — Найдите его людей. Задержите их. Из этого особняка он уже просто так не уедет. Я сейчас же напишу письмо своему князю. И вашему князю тоже, Николай Захарович. Ваша выходка могла развязать войну между губерниями. Что это за оружие? Чем вы пользовались?

— Да какую войну… — простонал он.

— Этот кристалл совершенно безвредный.

— Безвредный? — усмехнулся я. — Промывать людям мозги, по-вашему, это безвредно?

— Да он совсем ненадолго меняет сознание. Потом бы Иннокентий Сергеевич пришёл в себя и решил бы, что это было обычным наваждением. А вы всё испортили, Мечников! Сломали мой родовой артефакт…

Дергачёв разнылся как маленький ребёнок. Похоже, ему и самому не помешало бы отправиться в лечебницу для душевнобольных.

Он, кажется, совершенно не отдаёт себе отчёта о своих действиях. То ли старческое слабоумие, то ли психопатия — чёрт его разберёт.

Но баронесса, конечно, заварила кашу, когда пригласила в свой дом этого болвана! Повезло ещё, что я вернулся вовремя. Если бы задержался в Пензе, готов поспорить, Анну бы уже увезли в Самарскую губернию.

— Спасибо, что помог, Алексей, — произнесла Анна и крепко меня обняла. — Мне пришлось наблюдать за тем, как вся моя семья сошла с ума сразу же после того, как он приехал к нам.

— Прости меня, Анна, — вздохнул Елин. — Я ничего не мог поделать. В голове возник голос. Казалось, будто это был голос моего же разума. Я и в самом деле думал, что поступаю так, потому что искренне этого желаю. И вы меня простите, Алексей Александрович. Не сомневайтесь, Дергачёву это с рук не сойдёт.

Странно. А почему же, интересно, на Анну Дергачёв никак повлиять не смог? Она — единственная, кто никак не отреагировал на воздействие его кристалла.

Иннокентий приказал закрыть барона в темнице.

Предварительно я частично восстановил ему руку, чтобы тот не умер от болевого шока. Письма князьям были отправлены тем же вечером. Старик очень сильно рискнул своей репутацией. Уверен, он пользовался этим артефактом не один раз. Представляю, что всплывёт, когда люди князя начнут копать!

Я помог Иннокентию Сергеевичу отвести остальных членов семьи по спальням, проверил их состояние и убедился, что больше Елиным ничего не угрожает.