Мечников. Том 2. Клятва лекаря

Я расширю рану другим способом.

Оставалось надеяться, что яд Токса действует хорошо, поскольку следующая процедура будет весьма болезненной.

Я направил магию обратного витка в межрёберные мышцы сверху и снизу от раны и вызвал в них мощнейший патологический спазм. Грудная клетка растянулась. Её верхняя половина тянула к себе один край раны, а нижняя тянула противоположный. Межрёберные мышцы вздулись от напряжения, и я услышал лёгкий хруст. Похоже, этот трюк привёл к переломам нескольких рёбер.

Ерунда. Залечим, после окончания операция.

Уж вдвоём-то мы точно справимся с ликвидацией последствий нашего вмешательства. А если учесть, что у главного лекаря шесть витков… Если слухи не лгут, то мы после удаления опухоли весь организм Лаврентия приведём в порядок.

— Вот она, зараза! — напряжённо усмехнулся я. — Видите, Иван Сергеевич? Всё правое лёгкое съела. Как я и говорил, придётся удалять его целиком.

— Погодите, Алексей Александрович… — заикаясь, прошептал Кораблёв. Главный лекарь весь взмок от пота.

— Что это такое? Разумовский говорил, что видел какого-то паука, но… Эта дрянь на насекомое совсем непохожа!

И это правда. Опухоль сильно отличалась от того, что я видел на рисунке. Видимо, после диагностического вскрытия в Лаврентия Сергеевича влили столько лекарской энергии, что новообразование наелось ею досыта. Разрослось по всей правой половине грудной полости.

— А это — не насекомое, Иван Сергеевич, — ответил я. — Это злокачественная опухоль. Причина большинства неясных смертей в нашей эпохе.

От такого откровения Кораблёв совсем уж оторопел. Он ожидал услышать от меня что угодно, но только не сказки о каких-то «опухолях». Вот только это совсем не сказки, не магический недуг и не паразит. И скоро человечество об этом узнает.

Осталось лишь одно — придумать, как удалить лёгкое. Сделать это без особых инструментов практически невозможно. Ведь оно в грудной полости не просто так без дела болтается! К нему прикреплены листки плевры, а со стороны корней в орган входят сосуды — артерии и вены.

Для начала стоит перетянуть их.

— Сейчас будет совсем непросто, Иван Сергеевич, — предупредил главного лекаря я. — Мы подходим к главной части операции. Наша задача — провести её за пять-десять минут.

Иначе пациент скончается. Дыхание у него и так ослабленное, и кровь он терял уже несколько месяцев из-за того, что опухоль разъела некоторые сосуды. В моём мире такая процедура проводилась не менее трёх часов.

Но нам с Кораблёвым придётся хитрить.