— Заказал тебя граф Дмитрий Павлович Юсупов! За то, что ты переспал с его дочерью — Анастасией!
— И когда это случилось? — продолжил допрос я.
Охотник, похоже, действительно решил, что я сумасшедший. От этого осознания в его глазах загорелся животный страх. Ведь в таком случае от меня можно ожидать чего угодно.
— Два месяца назад! — ответил он. — Вроде… Я не знаю!
Два месяца… Странно, ведь из Санкт-Петербурга меня сослали всего месяц назад. За это время меня могли прикончить десять раз.
— Почему вас не прислали раньше? — спросил я.
— Так дочка его чёртова молчала! — воскликнул охотник. — Пока замуж её не выдали. Там-то всё и вскрылось…
У меня, похоже, на роду проклятье какое-то — браки чужие разрушать. Обратная сваха, а не лекарь.
— Хорошо, — кивнул я и отпустил охотника. — Звать тебя как?
— Влад, — хмуро ответил он."
"— Возвращайся в Санкт-Петербург, Влад, — посоветовал я. — И передай графу, что тот Мечников, которого он ищет, уже сгинул. Нет его больше в природе.
— Да он мне самому башку отрубит, если я такое передам! — шипя от жгучей боли в лице, прокряхтел главарь.
— А это меня совершенно не волнует, — ответил я, затем мановением лекарской магии вернул одному из охотников язык, чтобы тот не задохнулся и пошагал к выходу из проулка.
Эта четвёрка охотиться за мной уже точно не сможет. В ближайшие дни отправлю отцу весточку, расскажу, что случилось. А заодно обсужу с ним, что делать дальше.
Проблем у других Мечниковых из-за меня не будет, поскольку я уже в их роде не состою.
Но есть риск, что граф Юсупов пришлёт сюда новых головорезов. Но пара дней в запасе у меня есть.
Я бы мог добить и эту четвёрку, но тогда проблем стало бы в два раза больше. Саратовские городовые обнаружат тела, а потом нападут на мой след. А Юсупов всё равно пришлёт новых людей, когда поймёт, что от первой партии я избавился.
Размышляя об этом, я бежал на Университетскую улицу. Пришлось потратить остатки лекарской магии, чтобы стянуть свои раны и убрать следы крови с одежды. Но выгляжу я, мягко говоря, потрёпанным.
Заявляться в таком виде на регистрацию патента — не лучшая идея, но иных вариантов у меня нет.
Я влетел в зал регистрации ровно в тот момент, когда Илья Синицын уже вступил в отчаянную словесную баталию с одним из местных лекарей.
— Нет, я протестую! — топнул ногой он. — Я могу расписаться за Мечникова! Вот! Видите грамоту? Есть у меня такое право!
— Успокойтесь, Илья Андреевич, — стараясь отдышаться, произнёс я. — Я уже на месте.
