Мечников. Том 3. Живое проклятье

Здесь что-то другое…

Когда я выбежал на перекрёсток двух сельских улиц, выскочивший из-за угла испуганный местный житель чуть не врезался в меня на полной скорости.

— К-кто вы⁈ — испугался крестьянин.

— Спокойно, дядь, — произнёс я. — Мы — лекари. Пришли на помощь. Что у вас случилось?

— Беда, господин, беда! — воскликнул он, упав на колени. — Гость из города самовоспламенился! Загорелся, как костёр! Целый дом сгорел. Марфа, Аким и Валерка обгорели. А сам городской… Я уже и не знаю, что с ним. Подох, наверное!

Вряд ли.

Если речь идёт о пироманте, скорее всего, он выжил, просто испугал деревенщин своим пламенем. У таких магов, насколько мне известно, имеется иммунитет к своей стихии. В подтверждение этому можно привести одёжку Александра Щеблетова. На дворе жуткий мороз, а он бегает в лёгком костюмчике, который едва ли можно назвать зимним.

— Поспешите, господа лекари, поспешите! — воскликнул крестьянин. — Огонь уже перекинулся на церковь!

Мы пробежались по длинной улице, в самом конце которой пылало пламя.

Мужик не солгал — источником пожара служил один-единственный дом, но искры уже успели переметнуться на стоящую рядом церковь Грифона.

— Значит так, — скомандовал я. — Александр, бегите тушить церковь. Думаю, с этим вы точно справитесь. Не дайте огню распространиться на всё село. Иначе втроём мы уже точно не справимся.

— Без проблем, — коротко ответил он и, не дожидаясь дальнейших указаний, рванул к зданию, на крыше которого красовался золотой лик бога Грифона.

— Илья, около дома уже лежат пострадавшие, видишь? — произнёс я.

— Займись ими. Я вижу там только три человека. Воспламенившегося там нет.

— Очевидно, он уже в пепел превратился! — воскликнул Синицын.

— Не факт, дружище, не факт. Я пойду в горящий дом. Осмотрю его. Не беспокойся — сгорать я сегодня не собираюсь. Если Щеблетов освободится, скажи ему, чтобы тушил и этот дом. Я постараюсь вытащить других пострадавших, если они там остались.

Не дожидаясь ответа Синицына, я помчался к дому, у которого уже даже маленький, едва заметный забор успел отдаться пламени.

Пригнув голову, чтобы не удариться о низкий дверной проём, я ворвался внутрь. Но не увидел в нём никого.

— Есть тут кто живой? — прокричал я.

Но в ответ я услышал лишь грохот рухнувших с потолка балок. Похоже, этот дом спасти уже невозможно. Вряд ли здесь живёт такой же домовой, как мой Доброхот, который будет восстанавливать здание, а потом снова его ломать, пока хозяин дома не уйдёт на тот свет.