— Значит, сегодня часть терапевтов отправится осматривать хронических больных?
— Да, господин Кораблёв хотел, чтобы этим занялись мы с вами. Но… Сами понимаете, никто вас насильно не заставит это делать, Алексей Александрович. Понимаю, что вам вряд ли захочется развивать идею, которую создал я, а не вы.
— Вы, видимо, так и не поняли моё отношение к нашей конкуренции, — вздохнул я. — У меня нет цели как-либо оскорбить ваши лекарские разработки. Наоборот, я очень ценю, что вы развиваете эту отрасль. Всё-таки, нам обоим в ней предстоит работать.
— Тогда почему вы не сдаётесь и не позволяете мне самостоятельно изобретать всё то, что я уже задумал? — прямо спросил он.
— Потому что я сам хочу реализовать свои собственные идеи, — ответил я. — А тут уж, как говорится, кто успел — тот и съел.
Разумеется, я немного не договаривал. Сеченов мог подозревать меня в том, что я жаждал денег, но это совсем не так. Мне нужно заработать имя, чтобы и дальше распространять те технологии, которые были в моём мире.
Каким бы гением ни был Сеченов, рентген, УЗИ и прочее он создать не сможет. Даже боги не обладают этой информацией. По крайней мере, мне так кажется.
Когда мы добрались до амбулатории, в главном зале для совещаний уже вовсю шла дискуссия о том, как будет проходить осмотр пациентов.
— Я не хочу сидеть на приёме! — кричал Эдуард Семёнович Родников. — Мне надоело, это скучно! Позвольте мне помогать Алексею Александровичу.
— Эдуард Семёнович, вам бы сначала научиться принимать пациентов, не засыпая при этом прямо на рабочем месте! — воскликнул Кораблёв.
— Просим прощения за опоздание, — сказал я за нас двоих, войдя в зал совещаний.
— Вы и не опоздали, Мечников, Сеченов, — кивнул нам главный лекарь. — Это мы собрались раньше, чем планировали. Однако мы уже решили вопрос без вас. Решетов и Родников останутся здесь. Илья Андреевич Синицын готов помочь вам, но при этом он и от приёма не отказывается.
— Не стоит, — помотал головой я. — Думаю, что мы с Сеченовым и вдвоём справимся.
Не нужно беспокоить других лекарей.
— Хорошо, я возьму большую часть пациентов на себя, — сказал Синицын.
— Тогда остаётся решить только один вопрос, — удовлетворённо кивнул Кораблёв. — У нас есть несколько больных в сёлах и десяток пациентов в городе. Кто-то должен взять на себя город, а кто-то — сёла.
Я заметил, как злобно Кораблёв зыркнул на Сеченова. Будто пытался сказать: «Ох и удружили же вы нам, Иван Михайлович!».
