— Признавайтесь, кто из вас проболтался? Откуда этот Сеченов узнал про чертежи?
— Тот же вопрос я могу задать и вам, господин Щеблетов, — хмыкнул я. — Кроме нас троих никто не видел чертежей. Тем более шприцы вас волновать вообще не должны — их я патентую без вашего участия. А вот формулу обезболивающего… Утечь она могла только через одного их здесь присутствующих.
— Я — не идиот, чтобы намеренно терять свои же деньги, — помотал головой Щеблетов.
— Как и я, — кивнул Синицын. — Если вдуматься, то никто из нас не мог этого сделать.
Это просто не выгодно.
Илья прав. Никто из нас не стал бы даже продавать кому-то эти чертежи. Ведь наличие этого патента — это долгосрочная прибыль, которая будет обеспечивать нас ещё долгие годы.
— Очевидно, что Сеченов сделал это сам. Видимо, он уже давно заготовил какие-то разработки, — предположил я. — И принялся их активно продвигать, как только увидел, что я продвигаю свои. Возможно, ему и в голову не приходило, что на них можно оформить патент.
— Есть один нюанс, Алексей Александрович, — подметил Щеблетов.
— В других регионах страны эти поправки не действуют. Понимаете? То есть, лекарский совет из столицы пока что дал добро — заниматься алхимией только под надзором Саратовского ордена. Понимаете, к чему я клоню?
— Если честно, лично я вообще уже ничего не понимаю! — воскликнул Синицын.
— Я навёл справки, — начал объяснять Щеблетов. — Иван Михайлович Сеченов жил в Санкт-Петербурге. Но несколько дней назад он подорвался и переехал в Саратов, после чего сразу же зарегистрировал свои болеутоляющие препараты в ордене.
— Вот ведь хитрый ублюдок! — выругался Илья. — Он понял, что мы можем его опередить, а потому сам сделал первый шаг. Вот только… Мне пока что неясно, как так совпало, что он зарегистрировал то же самое, что и мы?
— У этого совпадения есть логика, — заключил я. — Противовоспалительное средство — это самый нужный препарат. Оно лежит в основе почти что любой схемы лечения. О каком бы заболевании ни шла речь. Поэтому пока вы, господа, не передрались, пытаясь понять, кто украл чертежи, я выскажу своё мнение.
Ещё раз. Скорее всего, Сеченов создал их сам.
— Хорошо, допустим, — кивнул Синицын и принялся напряжённо ходить туда-сюда по своему кабинету. — Но со шприцами-то он как угадал⁈
— Методом исключения, — произнёс Щеблетов. — Он пытался зарегистрировать ещё и фонендоскоп. Ему дали отказ, точно так же как и вам сегодня. И тогда он предъявил шприцы. Опередил вас всего на сутки.
