— Лучше скажи, что думаешь о прочитанном тексте?
— Не стану лгать — я шокирован, — ответил я. — Местные лекари считают, что некротика — это противоположность нашей магии. Но на деле она представляет то же самое.
— Не совсем то же самое, — помотала головой Гигея. — Некротика — это… Что-то вроде другой жизни. Той, к которой этот мир не приспособлен. Мой отец создал магию, которая может дать жизнь после смерти. И эта сила даёт новым организмам огромное преимущество. Великий потенциал и власть. Вот только разум у таких существ сильно редуцируется.
Они уже не могут быть теми, кем были изначально.
— Некромантию запретили неспроста, — подметил я. — И лекарей на некротику натравили тоже не просто так.
— Потому что отец сам этого захотел, — ответила Гигея. — Когда несколько тысяч лет назад его же армии мёртвых поднялись против него. Поэтому его никто, как лекаря и не помнит.
— А куда он делся? — спросил я. — Ты сказала, что его изгнали. Он до сих пор где-то сидит в заточении?
— Его изгнали в мир живых, — ответила Гигея.
— Подозреваю, что он уже давно мёртв. Вот только я пришла сюда не для того, чтобы обсуждать своего отца. Ты понял, чем опасна некротика, Мечников?
— Она может заменить всю жизнь на Земле, — кивнул я. — Поэтому её нужно сдерживать. Силами всех лекарей.
— Именно, — кивнула Гигея. — Клятва лекаря была придумана не просто так. Отец просто не хотел, чтобы из-за его творения весь мир канул в небытие. А точнее… Не хотел, чтобы он весь заполнился некротикой.
— Вот только я не понимаю, чего ты хочешь от меня, богиня, — ответил я.
— Ведь я — обычный рядовой лекарь в Хопёрске. Как я могу повлиять на такие глобальные процессы?
— Ошибаешься, — улыбнулась Гигея. — Пока что это так. Да. Но вскоре ты добьёшься большего. Я ведь уже говорила тебе, что боги лекарского искусства выбрали трёх избранников. Я выбрала тебя. А мои братья Махаон и Подалирий выбрали других лекарей.
— И, насколько я помню, Подалирий избрал Сеченова? — уточнил я.
— Верно.
И тут до меня дошло.
— Соревнуемся не только мы — лекари, — отметил я.
— Но и вы тоже. Боги соревнуются между собой. Но зачем?
Гигея замялась. Она тут же спустила свои стопы с кресла и села так, будто всё это время вела себя, как воспитанная дворянка.
— В дела богов тебе лучше пока не лезть, Мечников. Обгони Сеченова. Сомни его! — заявила она. — Иначе избранника моего брата Махаона ты никогда не одолеешь.
— Нет, мне нужна причина, — не согласился я. — Мне нужно понимание, зачем мы боремся друг с другом.
