Мечников. Том 6. Темный мир

Теперь нужно вывести некроманта из себя. Придумать ловушку, которая спровоцирует его и заставит воспользоваться магией. Тогда я сразу пойму, кто он. Мы с Сеченовым хорошо запомнили, как ощущается сила нашего врага.

На следующее утро Олег и Катя были не на шутку озадачены тем, что начало происходить в подвале нашего особняка.

— Я уж было подумал, что у нас крысы завелись! — воскликнул дядя. — А там твой питомец окончательно ошалел, Алексей. Он в подвале всё забросал бумагой, там и шагу ступить невозможно!

М-да, похоже, Токс провёл всю ночь за фиксацией своих воспоминаний.

— Дядя, не ходи в подвал до моего возвращения. Ничего страшного Токс не сделает. Это я его попросил этим заняться. Он учится писать, — сказал я.

И отчасти это было правдой.

В амбулатории на этот раз пациентов оказалось немного. Основная вспышка заболеваний, которая длилась последние несколько дней, всё же поутихла.

По моим прикидкам в ближайшие несколько дней сумма, которую мы получим от продажи пенициллина, полностью окупит все затраты на производство противовирусных и иммуномодуляторов.

Налтрексон уже практически готов. Возможно, уже сегодня я смогу передать Синицыну первый образец. Это сильно облегчит его страдания.

— Алексей Александрович! — воскликнула вбежавшая в мой кабинет Анна Елина. — Вас зовут в госпиталь.

Я тут же вскочил и последовал за Анной.

— Что там случилось? — на ходу спросил я.

— Какой-то пациент поступил. Его из села привезли. Еле живой. Никто не понимает, что с ним происходит, — быстро объяснила она. — Даже Иван Сергеевич не знает, как его лечить.

Видимо, ситуация и вправду серьёзная. Кораблёв гораздо способнее большинства проживающих в Хопёрске лекарей. Раз он не справился, значит, эту задачу можно доверить только мне или Сеченову.

Стоило мне об этом подумать, как из дверей госпиталя прямо навстречу мне выбежал сам Иван.

— Алексей Александрович, а я как раз за вами! Ерунда какая-то, нам нужно осмотреть его вместе, — протараторил он.

— Я как раз за этим и иду. Уже есть предположения, что с ним? — поинтересовался я.

— Понятия не имею! — пожал плечами Сеченов. — У мужика будто весь организм разом решил развалиться.

Приехали. И даже Сеченов не смог решить вопрос. Значит, я — последняя линия обороны.