Мечников. Том 6. Темный мир

Пока что всё идёт по моему плану, вот только для его реализации придётся поспешить.

У меня ещё запланирована проба иммуномодулятора. Если в нём не окажется побочных эффектов, можно будет сразу патентовать и отправлять научную работу о принципах функционирования иммунитета в Санкт-Петербург. Думаю, Ярослав Мечников найдёт способ внедрить ещё одну научную статью в базу лекарской академии наук.

— Что ж, вот и первая порция, Алексей Александрович, — сообщил мне Петрович, рассматривая вещество, образовавшееся на подготовленной мной матрице.

— Так и должно быть. Почти все препараты по цвету выглядят одинаково. За редким исключением, — объяснил я, затем пинцетом взял небольшой комок вещества и, собравшись с силами, проглотил его.

На заводе воцарилась гробовая тишина. Мне показалось, будто мои сотрудники с опасением ждут, что я посинею, пущу пену изо рта и упаду замертво. Могу их понять. Больше никто в Хопёрске им столько платить за работу не будет.

Однако я прождал пятнадцать минут и никаких побочных эффектов не ощутил. Как раз наоборот! В теле поднялось горячее приятное бурление. Будто весь организм начал работать так, как надо.

Поначалу я даже решил, что препарат работает неправильно, но вскоре осознал то, о чём не было информации даже в трактате Асклепия.

Бурлит во мне магия. А раз она начала усиливаться, значит, между моими витками и иммунной системой имеется прямая связь.

Видимо, имеет смысл углубиться в эту сферу.

— Алексей Александрович, каков у нас план дальше? — спросил Петрович. — Продолжаем делать сульфаниламид?

— Да, военным понадобится новая поставка на следующей неделе. Так что поднапрягитесь ещё немного.

— Поднапряжёшься тут! Один работник только что отпросился. Ну я в качестве исключения решил пойти ему навстречу, — сказал кузнец.

— О ком речь? — нахмурился я.

— О Чижикове. Он сказал, что ему через двадцать минут нужно к родственнику больному заглянуть. Навестить его. А здоровье родных — это святое, — пояснил Петрович.

Я обернулся и взглянул на собирающегося Дениса Чижикова. На моём лице расползлась улыбка. Отнюдь не добрая.

— Святое, говоришь, Петрович? — произнёс я, стремительно приближаясь к Чижикову. — Сейчас узнаем.