Хотя мы оба прекрасно понимали, что проблема не только в Сухорукове. Этим омерзительным делом он занимался не один. Что ж, но первого подозреваемого мы исключим уже сегодня. Если тот долгожитель из нашего списка пережил наводнение, мы с ним обязательно повидаемся.
Если бы я был лишён адекватного мышления, решил бы, что именно этот человек и является некромантом. С одной стороны, это логично. Он озлобился на нас и сразу же вызвал катастрофу в ближайшем к нему селе.
Вот только он должен понимать, что таким образом сам же себя выдаёт.
Так что нельзя быть уверенным в том, что наш враг прячется в Подгоренке.
К амбулатории подъехала повозка. Кораблёв взглянул на меня и уверенно кивнул, намекая, что нам нужно загружаться и выезжать. Причём незамедлительно."
"— Простите, Иван Сергеевич, — обратился к Кораблёву Сеченов. — Меня напрягает один момент. Мы ведь по распоряжению ордена лекарей обязаны брать деньги за помощь. Фиксированную сумму. Но как мы будем помогать людям, которые лишились всего? И домов, и сбережений… Они ведь фактически полностью обнищали, если я правильно понимаю ситуацию.
Хорошо подмечено. Сеченов задал очень верный вопрос. Разумеется, нас туда отправляют с расчётом на то, что мы сможем пополнить казну амбулатории и ордена в целом. Двадцать пять пациентов — это очень большая сумма денег в теории.
Но как мы должны поступить на практике?
— Лечите только тех, кто готов заплатить или взять кредит. То есть пусть они или их родственники дают расписки, — заявил Кораблёв. — На двадцать пять человек вас двоих в любом случае может не хватить.
Так что я рассчитываю, что пять или десять людей откажутся от помощи гарантированно.
Мы с Сеченовым переглянулись, осознав, как сильно ошибается Кораблёв. Ведь мы оба не можем отказать в помощи тем, кто нуждается. Таковы условия нашей клятвы.
Не знаю, понимал ли Иван Сеченов и другой скользкий момент всей этой истории, но я его проигнорировать никак не мог.
Если даже представить, что клятвы лекаря у нас нет, ситуация всё равно абсолютно неадекватная.
Получается, что по логике ордена спасение людей, попавших в катастрофу, в целом не имеет смысла. Раз они не могут заплатить, значит, и спасать их не надо. Так, что ли, получается?
Бред. Я понимаю, что причина таких решений лежит в самых корнях ордена. Это — частная организация, которая принадлежит одному человеку и не связана напрямую с императором. Просто император и все жители Российской Империи зависимы от лекарей. А лекари этим банально пользуются.
