Мечников. Том 7. Расцвет медицины

Но всё же приятно, что половину своих учеников я уже смог расположить к себе.

На очередном занятии я решил больше не баловать студентов какими-то особыми техниками, поскольку времени до начала пересдач оставалось катастрофически мало. Я пообещал им, что через несколько дней я покажу им новый трюк, но перед этим нужно отчитаться мне сразу по всем предметам, которые входят в экзаменационный минимум.

Что меня особенно удивило, Артур Мансуров и Николай Широков решили сдать мне зачёт сразу же после окончания занятия. Широков, разумеется, так и не смог справиться с первой попытки, после чего ушёл домой готовиться.

А с Мансуровым всё вышло куда интереснее.

— Неплохой результат, Артур Аркадьевич, — похвалил его я. — Если точно так же будете отвечать на экзамене, на четвёртом курсе у вас ситуация с оценками будет совсем другой.

— Я начал готовиться сразу же, как только отец вернулся с вашего слушания, — произнёс он. В кабинете уже никого не было, поэтому мы могли переговорить на эту тему. — Я впервые увидел его в таком состоянии.

Да уж, тяжёлые же у него отношения с отцом. Как я понял, он учился из рук вон плохо исключительно для того, чтобы навредить отцу своей плохой репутацией. Может, и мой предшественник делал то же самое? Ответ на этот вопрос я уже точно никогда не получу.

— В каком-то смысле это всё произошло благодаря вам, господин Мансуров, — произнёс я.

— Вы что… Сказали моему отцу о…

— Нет, — перебил его я. — У меня нет доказательств его злодеяний. Но я смогу использовать эту информацию, чтобы надавить на него. Так что, в каком-то смысле вы смогли одолеть своего отца через меня. Я не стану лезть глубже в ваши взаимоотношения, этот вопрос меня не касается. Но я ещё раз благодарю вас за помощь. Не знаю, почему вы идёте против отца, но наш союз сильно мне помог.

Артур ничего мне не ответил. Похоже, ему пришлось обдумать всё услышанное, поэтому он молча кивнул и покинул мой кабинет.

Но зачёт он сдал великолепно! Кажется, у меня тут целая группа неогранённых алмазов. Если постараться, я смогу сделать из них выдающихся лекарей.

Я направился к кабинету декана, чтобы передать ему очередной отчёт о занятии с группой «3В», но меня поймал другой преподаватель.

Тот самый Кастрицын, которого я излечил от холеры.