Мечников. Том 9. Тень правды

А тот, с кем я говорю, и вовсе человеком не является. Похоже, передо мной более примитивное животное, которое подстроилось под новый организм.

— И всё же назови своё имя, — попросил я.

— Сначала меня называли Полканом, — ответил он. — А потом, когда мой хозяин умер, я стал «Иди отсюда». Или «Пошёл вон».

— Кем ты себя считаешь? Ты — человек? — присев рядом с пациентом, произнёс я.

На этот раз он задумался.

— Нет, — после долгой паузы произнёс он. — Я выгляжу как человек. Но на деле я то, что вы привыкли называть собакой.

Так и думал. Слишком уж он напоминает мне пса. Поведение очень свойственно этому животному. Только сейчас передо мной собака, которая обрела человеческий мозг.

Да уж, никогда не думал, что стану участником сюжета, который будто бы написал сам Булгаков.

— Послушай, Полкан, — произнёс я. — Опасности конкретно я для тебя не представляю. Я здесь, чтобы помочь тебе.

— Я так и понял. Ты — не такой, как другие. Пахнешь иначе. Ты не боишься меня, — обрывистыми фразами выразил свои мысли он.

— Скажи, что с тобой случилось до того, как ты оказался в этом теле? — спросил я.

— Догонял вшивого серого кота, — прорычал он. — Эта сволочь убежала в лес. А потом что-то прыгнуло мне на голову. И я перестал думать.

Видимо, этот пёс оказался в Красногривовском лесу, а потом его прикончил мана-клещ, который в будущем стал Токсом. Получается, что Виктория всё сделала правильно, но в итоговое тело попало сразу две души. Выходит, что Сухоруков вернул к жизни не только Евгения, но и собаку по кличке «Полкан».

— Смотри, как обстоят дела, Полкан, — продолжил объяснения я. — Сейчас ты находишься в теле человека. И в этом теле должно присутствовать ещё одно сознание. Ты понимаешь, о чём я говорю?

— Ещё одно сознание? — нахмурился он. — Это ты про ту дрянь, которая постоянно пытается вырваться наружу? Я мысленно покусываю её, чтобы не мешала мне жить.

Чёрт подери… Значит, Евгений всё же тут есть. Он жив. Главное — придумать, как извлечь его из недр подсознания. Но Полкан этого боится. Он думает, что погибнет, если его сознание снова подавят.

— Доверься мне, — попросил я. — И доверься тому человеку, который пытается тебя вытеснить. Мы не желаем тебе зла. Обещаю, мы обязательно попытаемся спасти тебе жизнь. Но это будет непросто.