Онлайн-библиотека книг
А Ольга снова перетянула его внимание на себя:
– Да чем же помешали? Садитесь рядом! У нас тут гуру медитаций – если наша Светланка все еще не ходит с топором по темным переулкам, то ее метод стопудово работает!
Катюша наконец-то опомнилась:
– Что вы здесь делаете, Игорь Валентинович?!
– Эм-м… Чаще всего плаваю. Но бывает, что и не плаваю, а ругаюсь с подчиненными, – он явно на что-то намекал.
И Катюша уловила намек, тут же смутившись:
– Да я не ругаюсь, конечно. Извините.
Ей все назойливо припоминалось, что она сама же ему сказала о том, что собирается в «Нептун».
– Вы когда про бассейн сказали, Екатерина, я сразу подумал, что полгода сюда не заглядывал. Совсем запустил себя. Так что, можно сказать, я ожидал вас здесь встретить, ведь утренние абонементы дешевле.
– М-да… запустил, – задумчивым эхом отозвалась Ольга.
Катюша встала, подхватила полотенце. Ей очень нравился Игорь Валентинович, и он ей помогал! Но как-то совсем не хотелось встречаться с ним в настолько неформальной обстановке и полуголыми.
– Да у нас же время заканчивается! Нам уже пора уходить.
– Пора, – вынуждена была согласиться и Ольга, хотя и без явного удовольствия.
Ну и конечно, раз уж мужчина остался в озадаченном одиночестве, Катюша не выдержала и предложила:
– Можем по кофе выпить, я вас за предыдущее приглашение не поблагодарила.
– Да почему же, могу и присоединиться, если не помешаю. Одеваемся и встречаемся в холле.
Уже в раздевалке Светлана проникновенно сообщила:
– Какой интересный мужчина, Катюш! – и добавила лукаво: – Может, ну его, этого Славку?
– О да, – согласилась с ней Ольга. – Жаль только, что продолжать знакомство придется одетыми. Но про кофе ты, Кать, здорово придумала! Я вот даже сразу не сообразила. Анька только разозлится, потому мы ей ничего не расскажем.
Катюша переводила недоуменный взгляд с одной подруги на другую и не могла понять, чему они так радуются.
Глава 9
Катюша закрыла глаза и перед экраном мысленного взора представила собственное тело, отвлекаясь от внешних звуков и суеты. Но внутреннюю тишину здорово нарушали всплески стыда. Источником дискомфорта была не Катя – говорили все вокруг, кроме нее самой, а стыдно было ей.
