Меня оклеветали, святой отец, и я даже догадываюсь кто...
– Что ж, – инквизитор воздел очи к небу. – Мы были снисходительны к тебе, ибо Церковь учит нас милосердию и смирению даже к заблудшим овцам. Но ты не принимаешь наше милосердие, не хочешь открыть нам свою душу. Тогда у нас не остается иного пути, как применить к тебе всю строгость закона. Но прежде чем начать допрос с пристрастием, мы дадим тебе время подумать о своих грехах.
Брат Бернар повернулся к ландскнехту и приказал:
– Отвести еретичку в подземный каземат, дабы она могла без помех предаться раскаянию!
Подсудимую увели, и секретарь инквизитора ушел следом, но брат Бернар еще долго сидел в комнате для допросов, погрузившись в безрадостные раздумья.
Свеча догорела, в комнате сделалось темно, но инквизитор этого не заметил.
Он вспоминал страшные картины, которые наблюдал во время своего ночного путешествия, вспоминал чудовищный глаз, обещавший ему исполнение заветного желания.
Все случилось так, как ему было обещано.
Фрау Ситтов, женщина с волосами цвета майского меда, находилась в полной его власти.
Значит, Дьявол не обманул его...
Впервые инквизитор осмелился прямо назвать то страшное существо, с которым встретился на шабаше. Впервые он решился признаться себе самому, что заключил договор с Дьяволом, то есть совершил самый страшный из грехов, тот грех, борьбе с которым до сих пор служил верой и правдой.
Что же делать?"
"Признаться в своем грехе братьям по монашескому ордену, добровольно отдать себя на суд других инквизиторов, самому обречь себя на пытку и костер?
Нет, наверняка именно этого и ждет от него Враг рода человеческого! Дьявол хочет покончить с ним, чтобы избавиться от опытного и безжалостного инквизитора, беспощадно искореняющего ересь, выжигающего ее благодетельным огнем, по всей Германии беспощадно преследующего ведьм и колдунов!
Он, брат Бернар, своей непримиримой борьбой с ересью принес Церкви так много пользы, что, несомненно, искупил свой грех! И принесет ей еще много, много пользы!
Брат Бернар вспомнил папскую буллу «О Благодати Божьей», в которой Глава Церкви разъяснил кардиналам и епископам, рядовым священникам и прихожанам, почему любой грешник, купив индульгенцию, может спасти свою душу от вечного проклятия и избежать адских мучений.
