Это не он, случайно? Ему, наверное, кажется, как он охуительно тонко скаламбурил „политическая палитра“.
– У него просто литературное образование.
– Да? Правда? Ну, тогда пусть пиздует в Интернет и каламбурит там с обсосами всякими в стиле «Слон но сов». У нас тут не сайт «проза ру». Литераторы, еб твою мать! Мы с твоими литераторами все газеты проиграли.
– У нас была хорошая аналитика экономического состояния страны в «Коммерсанте». Помнишь, «Скоро август…»? – пытается оправдаться Паша.
– И что? Если бы ты под это дело реальный кризис создал, а так твоя статья мёртвому припарок.
За два месяца мы не создали ни одного события. Посмотрите, как работает «комитет» – у них что не событие, то мегахит. Поймают трёх молдован – борьба с нелегальной эмиграцией, построят три квартиры для военных – армия получила жилищную программу, в теннис бабы выиграли – вот так развивается национальный проект «Спорт».
– Мы, кстати, в Сети нацпроект «Спорт» хорошо отстебали, – вступается Гена, – когда прошла тема на «Эхо», что в качестве сувенирной продукции этого нацпроекта изготовляются зажигалки и пепельницы, под огромные бюджеты.
Помните, в Сети флеш-моб, где логотипом был Путин, прикуривающий от Олимпийского факела?
– Да, на «Эхо» же был тогда скандальный живой эфир, – наконец очередь говорить дошла и до Жени Сазонова, – помните?
– Ага, помним. Вечно помним, как покойников. И скорбим, кстати, тоже. Ты мне про эту передачу лучше не вспоминай. Собралась вся демшиза, пол передачи вспоминали Попова с Гайдаром, кто из них чего предрекал, и куда мы теперь другим путём идём.
«А помните, Егор в 1994 это предвидел! Вы же с ним дружили, да, Евгений? Ну, не так чтобы близко, но…» И в конце передачи начали говорить о кризисе нацпроектов. Когда половина аудитории уже переключилась, потому что слушать их посиделки никому не интересно. Пусть на кладбище идут и вспоминают, кто, блядь, с кем дружил, а кто просто на поминки пришёл.
– Антон, ты говоришь про работу «комитетовцев», но мы не можем сравнивать.
У них любой пшик – событие. Когда такая лупа, как телевизор, есть – можно масштабировать всё, что угодно, – вступается за своих непосредственных подчинённых Вадим, – радио и Интернет – единственные наши СМИ, которые ещё создают информационное поле. Кстати, ты заметил, что тебя теперь именуют известным политологом и правозащитником? За два месяца у тебя было шесть эфиров на «Восьмом», а радио и Интернет нам в этом сильно помогли.
