Может, ты один?
– Нет, дорогой мой, мы вдвоём его запутали, получили бабки, а теперь ты мне предлагаешь одному с ним разбираться?
– А чем он недоволен-то? Ты же мне показывал мероприятия по заводу, прессу, Интернет?
– Ну, значит недоволен. Поехали, тут недалеко, на месте расскажу. Мы уже почти опаздываем.
Приехав в «Павильон», мы заняли стол у крайнего слева окна, и пока Сашка кому-то названивал, я смотрел на Патриарший пруд и думал о том, как отвратительно разворачиваются события. С одной стороны, вроде бы вся моя группа создавала определённое движение информации.
Мне удалось выгнать большую половину старой команды, набрать молодых ребят, заставить департаменты координироваться между собой. Но, в итоге, вся наша деятельность рождала только Большой Шум. Тогда как, изначально, все ожидали больших проектов. Все последние месяцы я жил со странным ощущением наблюдателя пьесы. Я видел движения героев, слышал их монологи, знал, к какому финалу они идут. Единственное, что я не понимал, как они все это исполняют.
Я понимал направления движения медиа, но не чувствовал, как ею управлять. Кажется, что я стоял на пороге, но, в конечном счёте, оказывалось так, будто я прочёл учебник, но ни черта в нём не понял. Дважды два – это четыре, но вот только как это получается? Понимаете? Я нет. Странная пьеса выходила…
– …пьесы.
– Что?
– Антон, я говорю, что попали мы по ходу пьесы. Чую я, что Никитос едет требовать бабки назад…
– Почему такое мнение? – задаю я этот нелепый вопрос, пытаясь переключиться с одной своей проблемы на другую.
– Никитос сказал, что хочет поговорить о «целесообразности инвестиций».
– О, как! – вырывается у меня. – Нормальный оборот. С каждой встречей у Никитоса появляются все более отточенные формулировки, тебе не кажется? Может, он работает над словарным запасом с преподавателем?
– Может, и работает. Вот только с нами он, кажется, работать не собирается. Когда Никитос изъясняется такими фразами, жди проблем.
– Ну ладно, погоди, погоди. Он ещё нам ничего не сказал.
В этот момент я вижу, как в зал входит сам Никитос, вращая головой по залу в поисках нас.
– Здорово, Никита.
– Привет, брат. Хорошо выглядишь, – машем мы ему,
– Похудел! В спортзал ходишь?
– С вашей работой похудеешь без спортзала.
– Да ладно! При чём тут наша работа?
– Вот как раз хочу об этом и поговорить.
– А что, есть проблемы какие-то? – картинно развожу я руками, обращаясь к Саше. – А почему мы не знаем?
– А чо, по-твоему их нет? – говорит Никитос.
