Я разделся, залез в воду, прикрыл глаза и попытался отключить голову. Но куда там. Снова этот чёртов сотовый. Такое впечатление, что звонок стал даже более громким.
– Да, Аркадий Яковлевич.
– Антон, ты телефон потерял?
– Нет, просто в душе был.
– Так ты дома уже? Я вообще-то ожидал, что ты в «Фонд» заедешь. Есть разговор к тебе.
– Аркадий Яковлевич, я сегодня замотался, митинг, потом собрание с главами департаментов, потом ещё пара встреч, башка трещит, я решил отоспаться перед завтрашним событием.
– А ты на «Пушкинскую», значит, не поехал?
– («Нет, бля, поехал.
Как я могу быть одновременно у себя дома и на „Пушке“, что за манера задавать идиотские вопросы?») Нет, не поехал.
– А кто там?
– Вадим. Он мне вечером расскажет.
– Ясно. А я с тобой поговорить хотел.
– О чём?
– Я думаю, ты и сам знаешь о чём. Есть проблемы.
– Какие именно, Аркадий Яковлевич?
– Проблемы эффективности. Проект работает вхолостую. Я за два месяца не вижу никаких продвижений. Мы занимаемся тем… мым…
– Что?
– Я говорю, что мы занимаемся тем же самым, что и до твоего появления у нас.
Поскольку я уже успел намочить голову, то мне приходилось держать телефон на некотором удалении от уха, из-за чего голос Вербицкого звучал издалека, и последние предложения съедались. Капли воды с волос текли по шее, ноги уже начинали ощущать холод кафеля, в общем, разговор начинал меня порядком раздражать.
– Аркадий Яковлевич, я сегодня как раз собирал ребят по этому вопросу. Излагал им текущие проблемы.
Мы наметили некоторые решения.
– Интересно. Я как раз сегодня хотел тебя послушать.
– (Ну, давай теперь мусолить одно и то же.) Вы хотите, чтобы я прямо сейчас приехал?
– Нет, зачем. До завтра терпит, конечно. Просто я ощущаю некий кризис. И потом, ты же понимаешь, есть некая неудовлетворённость у наших друзей. Я хотел бы, чтобы ты, Антон, это весьма чётко понимал. Нам нужно менять ситуацию, потому что времени у нас остаётся всё меньше и меньше. В одну из наших первых встреч я говорил тебе, что «можно доказать, что солнце вреднее луны, равно, как и наоборот», помнишь? Вопрос в том, как доказывать.
Ноги уже начинали замерзать. В ванну, что ли лечь обратно? Блядь, как же ты меня заебал, старый козёл. Ну, давай, выскажи мне в пятый раз, за то, что я к тебе не приехал вечером. Давай перетрём все по второму кругу. Ну, кризис, и чего? О чём говорить-то? Я пытаюсь решать вопросы, и последнее, что я хочу слышать, это твоё мерзкое нытьё.
