Медицина Древнего часть вторая

Бестужев говорил слишком быстро, слишком настойчиво. Явно торопился увезти меня подальше от здания тайной канцелярии. Я скользнул взглядом по его кортежу. Охранники выстроились по обе стороны, образуя живой коридор к автомобилю. Слишком много внимания для простой поездки домой.

— Конечно, Пётр Алексеевич, — я кивнул, делая вид, что не замечаю его нервозности. — С удовольствием.

Стоило мне сесть в прохладный салон автомобиля, как дверь захлопнулась, отрезая от внешнего мира. Два телохранителя устроились на переднем сиденье, один за рулём, другой рядом.

Машина тронулась, плавно выруливая на проспект. Мягкое покачивание седана, тихое гудение мотора, ненавязчивая классическая музыка из динамиков. После жёстких коек тайной канцелярии эта обстановка казалась верхом роскоши.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Бестужев, внимательно изучая моё лицо. — Они… хорошо с тобой обращались?

— Вполне, — я пожал плечами. — Никто не пытал каленым железом, если вы об этом.

Бестужев хмыкнул, но по его глазам было видно — действительно переживал.

— Расскажи, что произошло? — он постучал пальцами по кожаной обивке сиденья. — Я знаю только обрывки информации. Поезд, какие-то чудовища… Правда ли, что ты прыгнул в портал?

Я выдержал небольшую паузу, решая, сколько рассказать. Тайная канцелярия взяла с меня слово молчать о некоторых деталях. Впрочем, Бестужев и так знал больше большинства.

— Да, — кивнул я. — Там был тролль. Огромное существо, крушившее вагоны.

Глаза Бестужева расширились:

— И ты действительно прошёл через него?

— Пришлось, — я потёр шею. — Там были люди — женщина с ребёнком, ещё несколько пленных. Я не мог их бросить. Не стал говорить, что на самом деле направился за своим слугой.

Бестужев откинулся на спинку сиденья, поглаживая бороду:

— Храбрый поступок. Но рискованный.

— Были и другие проблемы, — продолжил я. — Несколько групп вооружённых людей в поезде.

Бестужев нахмурился:

— Об этом я слышал. Твои недоброжелатели повсюду.

Автомобиль остановился на светофоре.

— И кто это был? — спросил Бестужев.

— Понятия не имею, — солгал я. — Жандармы тоже не смогли определить. Слишком много тел, слишком сильные повреждения.

Бестужев пристально посмотрел на меня, словно пытаясь прочитать мысли:

— Но ты всё-таки добрался до деда?

Вот оно. Главный вопрос.