Медицина Древнего

— Пошли искать нашу подругу по кружку, — я поднялся, протягивая руку Тихону.

— С удовольствием! — он вскочил с такой готовностью, будто я предложил ему побег из тюрьмы. — Мне так не хватало мужской компании, Кирилл!

Мы вышли из комнаты и спустились на первый этаж. Мария Ивановна восседала на своём обычном месте, ловко орудуя спицами. Клубок шерсти подпрыгивал на полу, словно живое существо, когда она дёргала нить. Скрип-скрип — спицы в её руках выстукивали монотонный ритм.

— Извините, — я вежливо обратился к вахтёрше.

— Не извиню, — отрезала она, не поднимая глаз от вязания. — Что тебе надо, Орлов?

Я не удержался от улыбки:

— Я вас чем-то обидел?"

"— Как же вы меня достали, — вздохнула она, наконец поднимая взгляд. В её глазах плясали искорки раздражения. — Почему от тебя одни проблемы?

— Подождите, а что я сделал? — удивился я.

— Да-да, ничего, — она фыркнула, откладывая вязание.

— Послушайте, вы не видели Лидию Чернышеву-Круглякову? — перешёл я к делу.

Мария Ивановна прищурилась, словно взвешивая, стоит ли отвечать, потом отложила спицы и поднялась с места.

— Видела, — бросила она, направляясь к неприметной двери позади стойки.

Она распахнула дверь в свою коморку, и я увидел нашу Лиду. Девушка сидела за небольшим столом, освещённым настольной лампой старомодного вида. Её каштановые волосы рассыпались по плечам, домашняя футболка с растянутым воротом сползла на одно плечо. Перед ней лежали раскрытые учебники и тетради.

— Вот ваша подруга, — Мария Ивановна скрестила руки на груди. — Переехала тут ко мне, надоедает.

Лидия подняла глаза от книги. Тени от лампы сделали её лицо острее, подчёркивая скулы и хмурую складку между бровей.

— Ничего я вам не надоедаю, — возразила она. — Я вас просила, вы разрешили.

— Так я думала, на один вечер, а ты уже почти всю неделю здесь, — проворчала вахтёрша. — Достала. Тоже сидит, бубнит постоянно, как старая бабка.

— Ничего я не старая бабка! — возмутилась Лидия, вспыхнув.

— В смысле — из-за меня? — я вскинул брови.

— Я была вынуждена, чтобы не слушать эти сопли, уйти из своей же комнаты, — она раздражённо захлопнула тетрадь.

— Прости, Лидия, но здесь я ни при чём, — покачал я головой.

— Нет, при чём! — она вскочила, чуть не опрокинув стул. — Я была вынуждена уйти, потому что твой друг поселился у нас.