Медицина Древнего

— Тихон, что с тобой? — Маша бросилась к нему, но он отшатнулся, вжимаясь в стену.

— М-м-монстр… — выдавил он, не отрывая взгляда от окна. — Огромный такой…

— Какой монстр? — Волков расхохотался, оглядывая палату. — Медсестра что ли? Тихон, дружище, ты точно переел обезболивающих.

— Б-б-б… — Тихон затрясся ещё сильнее, кутаясь в одеяло как испуганный ребёнок.

— Бабайка? — предположил Волков.

— Барабашка? — подхватила Маша, пытаясь разрядить обстановку.

— Бегемот? — не унимался Волков.

— Бобр? — фыркнула Лида.

— БОЛЬШОЙ! — вдруг выкрикнул Тихон так громко, что мы все дернулись.

— Лохматый! С глазищами… — он показал размер руками, едва не выронив одеяло. — И когти… во такие!

— А ещё он, наверное, зелёный и в крапинку? — усмехнулся Волков.

— Нет! — Тихон замотал головой как китайский болванчик. — Он… он… — паренёк сглотнул, — он на меня посмотрел! Прямо в душу! А потом лапищей своей… — он изобразил когтистую лапу, — прямо по стеклу… и символ нарисовал!

— Кирилл, — Волков состроил серьёзное лицо, но глаза выдавали, что он едва сдерживает смех, — надо срочно забирать Тихона отсюда.

А то скоро русалку в капельнице увидит.

Я подошёл к окну, вглядываясь в больничный двор. Ничего необычного — только голые ветви деревьев качались на ветру. Лида протиснулась рядом, прижавшись ко мне теснее, чем того требовала ситуация.

— Чтобы увидеть, нужно подышать, — прошептала она.

— Так это же с другой стороны, — заметил я, чувствуя лёгкий аромат её духов.

— Тогда используем магию.

Лида взмахнула рукой — изящно, почти театрально.

По стеклу пробежала рябь, словно по водной глади.

— У тебя открылась новая стихия? — удивился я, заметив характерный узор заклинания.

— Ветер. Да… — она опустила глаза, но я успел заметить, как порозовели её щёки.

На стекле медленно проявлялся странный символ. Вгляделся в него получше, чтобы разобрать. Он мне показался знакомым. Очень знакомым.

* * *Петров Игорь Павлович. Майор медицинской службы армии Российской Империи в отставке."

"Игорь Павлович выпивал. Вернее, бухал.

Давно и сильно. Он уже сам не помнил, когда в последний раз был трезвым. Только в таком состоянии он мог заглушить боль.

Хотя, боли он уже давно не чувствовал. Ей на смену пришла безысходность. Воспоминания о возлюбленной потонули в хмельном тумане. На смену им пришла суровая реальность. Безработная реальность.

Несколько лет назад он встретил её. Тамару. Встретил, и они полюбили друг друга. Безумно сильно полюбили. Безудержно. Без оглядки на её замужество.