Медицина катастроф в ином мире 2

— На корабли Асуры напали отсюда?

— Да, да! Все так, господин!

— Кто отдал приказ? — из тьмы за моей спиной проступил силуэт Таши.

— Виконт Сурье, лично! Он тут самый главный после гибели графа Фарона. Мерзкий тип, даже по моим меркам!

— Сурье? — Таша искренне удивилась. — Старший или младший?

— Младший, госпожа. Арман — его имя.

— Он вам знаком? — спросила Каори.

— Он… — Таша прикусила кулак от обиды. — Он сватался ко мне совсем недавно.

— Ого! — присвистнула та.

— Здесь какая-то ошибка… — она с надеждой уставилась на меня.

— Никакой ошибки, — замотал головой офицер. — Арман Брелон Сурье, собственной персоной. Я знавал его отца.

— И почему только у негодяев такие красивые имена… — задумчиво протянула Каори.

— Он еще и красив, — вздохнула Таша. — Самое гадкое в том, что я дала согласие.

— Ох ты ж! — тут даже я не сдержался. — Мне очень жаль. Правда.

Таша вздохнула, потупив взор.

— Сейчас не это главная проблема. Мы пришли за другим. Вы занимайтесь своим делом, а я отправлю фамильяра. Вот только допишу кое-что, чтобы матушка знала.

— Вы правы, — я повернулся к пленному. — Где, говоришь клетка? Веди!

Офицера рывком поставили на ноги. С завидной прытью тот ринулся выполнять приказ. Оставив Ташу под присмотром Каори, мы углубились в скалу. Узкий проход, высеченный в известняке, вел вверх под острым углом. На выходе оказалось еще одно, совсем небольшое плато с покатыми краями и пещерой. Под ногами виднелись багровые разводы и следы от сапог. Тут же, в виде столбов и распятий, торчали орудия пыток.

Валялись цепи, крючья, веревки, кнуты и прочая неприятная атрибутика. На кресте висел замученный труп. Судя по копытцам — сородич Сатти.

Загремев связкой длинных ключей, офицер дрожащими руками подобрал нужный и отпер калитку из стальных прутьев. Унылые пленники, коих было около двадцати, сбились кучкой вокруг пожилого мужчины, лежащего на полу. Сатти сразу же бросилась к нему.

— В сторону! — бросил я, и узники испуганно отползли к стене.

Мужчина дышал, но пульс оказался очень слабым.

На вид ему около семидесяти. Крепкий, жилистый, с окладистой бородой. С татуировкой ВДВ и лозунгом «никто кроме нас» на плече. У меня затряслись от волнения руки.

— Спокойно! — проговорил больше для себя.

Я прослушал его грудь, осмотрел на предмет ранений. Руки, ноги вроде бы целы, только следы от кнура и сбитые кулаки. Ну еще бы, такие ребята не сдаются. А вот сильное истощение — это серьезная проблема.

— Вы слышите меня? — спросил я по-русски.