Медлячок

Демид проталкивает в рот свой язык, на что я отвечаю тихим всхлипом. Он продолжает уверенно удерживать, ощущая, как моё тело дрожит. Внутри всё переворачивается, когда кончик его языка скользит во рту вверх-вниз… вниз-вверх… Будоражащие мучительно сладкие поцелуи, похожие на горячую карамель.

— Какая лапа…Самая сладкая девочка… Моя… — шепчет, не переставая дразнить мои губы своим влажным языком.

— Не твоя… — жмурюсь от удовольствия, играя у него на нервах.

— Моя… Моя… Даже не спорь… — проводит указательным пальцем снизу вверх по губам, сильнее открывая мой рот, а затем внимательно заглядывает в глаза, буквально вдавливая в стену своим горячим бугром.

— Аууу… — блаженно мурлыкаю, когда умелый язык вновь начинает лизать припухшие губы.

На этот раз поцелуи короткие и больше похожи на укусы. Я поражаюсь, как смогла найти в себе силы, оттолкнуть его вчера. Сейчас, даже после всего, что он натворил, это кажется невозможным…

Чувствую жар, исходящий от тела парня, он такой горячий и сильный. Кажется, я уже сама начинаю тереться о его бедра своим центром, ощущая, как между ног все набухает и увлажняется.

Неожиданно Демид поддевает пальцами мои влажные бретели, ловко спуская их с плеч.

— Ты что делаешь? — нервно шепчу, когда он оттягивает платье вниз, обнажая мою грудь. (Пришлось надеть это платье без бюстгальтера).

— Черт, лапа… — Страхов наклоняет голову, и в тоже мгновение горячие губы смыкаются на моем соске. Через наши тела будто бы проходят удары током…

— Аууу… — закрываю глаза, стискивая пальцами сильные плечи.

Демид облизывает шершавым языком мой сосок, заставляя его моментально сделаться острым и невероятно чувствительным.

— Я зацелую каждый сантиметр твоего сладкого тела… сегодня ночью… Поняла? — хрипло выдает, чуть прикусывая другой сосочек.

Нажимает на него кончиком языка, а затем немного оттягивает в сторону. Вздрагиваю, испытывая головокружение, но при этом ощущаю дикую потребность в его теле. Я просто схожу с ума, бесстыдно блуждая глазами по обнаженному торсу, покрытому капельками влаги.

"Демид продолжает неторопливо ласкать мою грудь губами, и эти поцелуи отдаются волнующей тяжестью между ног. Там уже давно слишком горячо и влажно, и в глубине души мне самой безумно хочется большего…

— Я хочу тебя до одури, но боюсь сделать что-то не так… Что ты опять оттолкнешь, убежишь, закроешься… Я больше не могу, Мила… Ты мне нравишься… Безумно…

— Но я пока не готова…

— Шшш… — быстро целует, а затем ставит на ноги и продолжает сипло говорить.