Но спустя несколько секунд его глаза удивленно расширились, а во взгляде мелькнуло узнавание. — Арсений! Я уже и не надеялся тебя найти! Пойдем!
Матвей Кармидов, а это был именно он, резко вскочил с дивана и уверенно потащил меня за собой, схватив за рукав пиджака.
— Стой! Куда? Да постой же ты! — только с третьей попытки мне удалось докричаться до парня, с которым мы познакомились перед симпозиумом. — А как же хотя бы поздороваться? Рассказать как дела? Мы же столько времени не виделись, а ты меня уже тащишь непонятно куда.
— Не тащу, а веду тебя рассказывать как у меня дела, — по возбужденному взгляду Матвея я сразу понял, что речь идет об его алхимических экспериментах.
— И чем тебя не устраивает это место? — высвободив рукав, махнул рукой в сторону сада. — Если надо, я даже знаю пару приватных уголков, где нам не помешают.
— Потому что здесь нет лаборатории, — ответил парень таким тоном, словно это было что-то само собой разумеющееся.
— Лаборатории? — мои глаза удивленно поползли на лоб.
— Ты что, выторговал себе уголок прямо во дворце?
— Ну… — не останавливаясь, Матвей покрутил рукой в воздухе. — Это была вынужденная мера. Дело в том, что я разнес лабу в нашей столичной резиденции, из-за чего отец запретил мне туда приближаться. Поэтому ничего не оставалось, кроме как идти на поклон к императору.
— Так и не смог разобраться со своим взрывным аспектом? — усмехнулся я.
— Неа, — с грустью вздохнул парень.
— Однако тенденция к улучшению есть, особенно после того, как я начал пользоваться алхимическим кругом. Слышал что-нибудь про них?
— Только в общих чертах, — с трудом подавил смешок, готовый вот-вот вырваться наружу. Всё-таки для местных алхимиков это плетение открыл именно я.
— Чтобы ты понимал, это самый гениальный конструкт, который я когда-либо встречал! — глаза Матвея заблестели ещё сильнее, чем до этого. — О его пользе можно говорить несколько часов, а главное — мои шансы на успешное создание эссенций с его помощью повысились где-то на десять процентов!
— Очень даже неплохо, — порадовался я за успех наследника рода Кармидовых.
"
"Всё-таки когда человек одержим какой-либо идеей и при этом у него долго нет прогресса, то можно очень быстро и легко сломать себя. Вероятно, Матвея и правда может ждать подобный исход, ведь он не просто одержим, а самый настоящий фанатик всего, что связано с алхимией.
