Медовый месяц с чужой женой

Потому что от одного ее присутствия закипала кровь. Я невольно представил, что она давала Витьку, и чуть не взвыл. Ему давала, а меня жахается? Что она в нем, в мерзком тюфяке, нашла?

Недотрога, которая ни в чем не нуждается? Ага, так я и поверил.

Я взял девушку за локоть и грубо затолкал в кабинку для переодевания.

— Ничего-ничего не нужно, мы-ы-ш-шка? — прижав ее к стене без зеркала, прищурился и подступил так близко, что Поля показалась совсем малышкой. Испуганной, но такой смелой. Это читалось в глубине глаз, что остекленели от обиды.

Глава 20. Поля

Сказать то, что думаю, я могла, но вот монстр тут же обрушивал на меня наказание за каждое своеволие, подминая мою волю, ломая малейшие попытки приручить его, отвечая яростно и беспощадно, будто мстил мне за что-то очень личное, будто вытравливал из меня последние ростки к свободе. Вот и сейчас он вжал меня в своё каменное тело так, что дыхание прервалось.

— Нет, — взмолилась я, — не надо! Не здесь…"

"Моя хитрость не удалась, увы. Да, надевая бельё ценой с тремя нулями, я бросала вызов монстру, но лишь раздразнила зверя. Разумеется, он не стал его рвать! Но и препятствием оно не стало. Макс легко отодвинул трусики в сторону, чтобы не мешали, и я снова была перед ним беззащитной.

— Вдруг кто-то войдет, — пыталась воззвать я к совести монстра.

Но не это было самым ужасом, а звуки, которые я вдруг услышала: влажные, бесстыдные, они предательски выдавали реакцию моего тела на его жестокую ласку. Как у него это получалось, я не знаю! Почему меня не тошнило от него, почему не отворачивало?! Я должна его ненавидеть, а я горю под его опытными руками.

Когда пальцы монстра, беспощадно терзающие мои мгновенно ставшие влажными лепестки, коснулись набухшего пульсирующего бугорка, я ощутила, как тягуче-сладкая истома растёт внизу живота, грозя накрыть меня с головой так же стремительно и неотступно, как было в доме олигарха, разорвать мир на миллиарды атомов удовольствия, пропустить по оголённым, будто проводам, нервам токи обессиливающего наслаждения.

— Пожалуйста, остановись, — содрогаясь всем телом, прошептала я.