– А касса автовокзала во сколько открывается?
– Ни во сколько, – тут же отозвалась женщина.
– Как это?
– Нет давно кассы. Стоят автоматы, в них и покупают билеты. А если сломаны, что бывает чаще всего, то прямо у шофера.
Я облегченно выдохнула. Значит, он не сможет узнать у кассира, на какой автобус я взяла билет. Проверит сначала первые два маршрута. Третьим, кажется, был автобус на Вязьму, потом – на Смоленск. Значит, в Смоленске я не останусь надолго. После неудачных поисков в Москве там он тоже будет искать.
Хорошо, что эта женщина отвезет меня туда. Хорошо, что не в Москву.
Водитель сунула сигарету в зубы и вдруг спросила:
– Кто это тебя так разукрасил?
Я вздрогнула.
– Никто… Сама упала.
– Ага, сама, – грубо хмыкнула женщина. – Знаем, падали.
Больше она ничего не говорила, а я, завесив изуродованный глаз волосами, прислонилась головой к окну и стала вспоминать, как оказалась в этом городке.
– 2–– Зачем мы едем туда? – осторожно спросила я.
– Не твоего ума дело.
Можно было и не спрашивать. Я уставилась в окно и неосознанно сжала кулаки, но, мгновенно опомнившись, распрямила пальцы, положив руки на колени ладонями вверх. Я хорошо помнила все его уроки.
– Сжимаешь кулаки – значит, злишься. А тебе не на что злиться, Таисия. У тебя все есть, – с усмешкой говорил Денис, поигрывая тонким металлическим прутом. – Расслабленные, открытые ладони – знак доверия. Ты же мне доверяешь?
Я кивнула, не решаясь поднять на него глаза.
– Я не слышу, Таисия. – Его голос звенел сталью.
– Да, я тебе доверяю, – сказала я, пытаясь придать голосу уверенности.
– Умница. Тогда раскрой ладони, – вежливо попросил Денис.
Я дрожала. По спине скатывались струйки пота.
– Раскрой ладони, Таисия, и положи их на стол перед собой.
Я подчинилась. Разжала кулаки и положила руки ладонями вверх. Пальцы заметно дрожали.
– Вот так. Полное доверие, – улыбнулся Денис. – Всегда знал, что ты умница.
Он погладил меня по голове, продолжая улыбаться.
Я знала, что нужно сделать дальше, поэтому улыбнулась в ответ."
"Металлический прут со свистом рассек воздух и опустился на мои ладони. Я вскрикнула от обжегшей меня боли и непроизвольно снова стиснула кулаки, но тут же распрямила пальцы, по которым Денис нанес еще один удар. Потом еще и еще.
С тех пор я знала, что раскрытые ладони – знак доверия. И я полностью доверяла мужу. Злиться мне было не на что. Совершенно не на что.
