Медвежатник

Ксенофонтов оставался по-прежнему серьезен.

— Только я ведь за погляд денежки беру, — продолжала синюшная баба. — Мой документ не дешевый и требует соответствующего обхождения. А то, знаешь ли, господин начальник, поистрепается совсем. Как же я потом предъявлять его буду? — развела баба руками.

— А ты у нас барышня языкастая, — наконец улыбнулся Ксенофонтов, — только ведь и я шутить умею. Вот что, Егорий, — отыскал пристав глазами краснощекого городового, — отведи этих веселых дам в участок.

Мне бы хотелось их документики повнимательнее изучить.

— Слушаюсь, господин пристав, — радостно отозвался молодец. — Ну, девоньки, поднимайтесь, не вести же вас силком, таких красивых.

— А мы к обхождению привыкли, — сказала самая бойкая из них.

— Не сомневаюсь, барышни. Пра-ашу-у! — подставил городовой локти.

— Какой мужчина! Какой галантный кавалер, — лелейно пропела синюшная баба. Как-то по-особенному изящно она всплеснула руками. Наверняка в ее прошлой жизни было место и первому поцелую, и желанному свиданию.

Она охотно взяла под руку городового; по другую сторону прицепилась мадам лет пятидесяти.

Ксенофонтов проводил троицу долгим взглядом и философски заметил:

— Какой только чертовщины в жизни не бывает!

— Господин пристав, — наклонился к уху Ксенофонтова околоточный, — генерал Аристов прибыл.

— Вот как? — Ксенофонтов с трудом скрыл удивление. Полчаса назад ему доложили, что Аристов крепко засел за карты и вряд ли найдется сила, способная оторвать его от стула.

А если учесть, что Аристову шла масть, то подобное дело и вовсе безнадежно. — Вы тут продолжайте без меня, а я Григорию Васильевичу доложу.

Скорее всего, Аристов проигрался подчистую и, лишившись последнего гривенника, решил заняться государственной службой. А если это действительно так, то следует приготовиться к беспричинному разносу. Остается только сунуть руку в карман и во время разговора вертеть фигой. Однако, к своему немалому удивлению, Ксенофонтов увидел генерала в прекрасном расположении духа: так мог выглядеть юный возлюбленный в предвкушении желанной встречи или жених, которого вместе с красивой невестой ожидают миллионы.

Аристов приехал на служебном автомобиле — редкий случай. Чаще всего он предпочитал пару с пристяжной да кучера с луженой глоткой, такого, чтобы его можно было услышать за версту, чтобы от его трубного баса шарахались даже дворовые псы.