Медвежий капкан

Ты была права, рано еще для алкоголя, зря я тебя не послушала, да?- в ушах раздавались удары собственного сердца. Они набирали ход и я почувствовала липкие пальцы страха, сжимающие мою грудь.

--Вася,- сестра уже стояла рядом со мной и по взволнованному лицу, легко читалось, что я полностью выдаю свое душевное состояние.

--А я коктейль сделала. Мартини, грейпфрутовый сок, лед, много льда, очень вкусно, сама- то успела попробовать, а вам не донесла,- поймала себя на том, что стою, словно проглотила черенок от лопаты, улыбнулась и села на лежак.

--Да, конечно. Кирилл,- Паша громко крикнула в сторону бассейна.

--Не надо, не зови? Я сама справлюсь! Пять минут,  не хочу, чтобы он меня такой видел.

Я знаю, как выгляжу сейчас со стороны, словно кукла с неживым взглядом. Посторонний человек подумает, что девушка задумалась и смотрит поверх происходящего. Но на самом деле, стараюсь сфокусироваться на чем-либо, разглядывая и подмечая каждую мельчающую деталь или же считаю секунды, обычно, ко второй тысяче, пульс выравнивается, и безотчетный страх отпускает, но очень медленно.

--Принцесс, что случилось?- и нет бы односложно ответить, опять начинаю тараторить:

--Я хотела сделать коктейль: мартини, грейпфрутовый сок, лед. Много льда добавила, ведь так жарко,- подробный рассказ успокаивает.- И я его сделала, а когда шла назад, разлила, случайно,- заставила себя сократить рассказ.

--Та-а-ак,- прохладные мужские руки затягивали в омут объятий, прижимая к груди и усаживая на колени.

--Да,- уверенно соврала и к страху примешался еще и стыд. Смотрела на мужскую шею, в которую уткнулась носом и не смела поднять глаза.

--Я думал, подобное случается лишь ночью.

--Нет, если бы,- Кирилл положил подбородок на мою макушку, поглаживая руки, плечи, спину.

--Еще нет,- как же я ненавижу это чувство,- чувство безотчетного страха.

--Тогда сидим дальше. Купаться хочешь?

--Хочу, но не могу.

--Я могу тебя зашвырнуть, вон, смотри,- заговаривал отвлекая от эмоций бурлящих внутри:- Как тех девушек,- и развернул меня к компании за которой я наблюдала раньше.

Меня разобрал нервный смешок, у борта стоял Дворский, черпал двумя руками воду и умывал лицо. Друзья посмеивались над ним и шумно расспрашивали, долетали обрывки фраз, я же не желала вслушиваться.