Медвежий угол

Она беззвучно плакала, намертво придавленная его телом к кровати, молча кричала сквозь зажимавшую рот ладонь.

У насильника на все про все уходит пара минут. Для жертвы это длится вечно.

22

На дворе стояла субботняя ночь, то, что должно было случиться, случилось. Только Ана пока об этом не знала. Девушки из старших классов смеялись над ней, когда она заглянула на кухню и спросила, где Мая.

– Ты про ту шлюшку? Она пошла с Кевином. Не волнуйся, малышка, он ее выкинет, как только получит свое. Парни мелкую рыбешку сливают обратно в море.

Их хохот прожег дыру у нее в спине, в горле встал ком. Ана, конечно, могла продолжить поиски подруги, она постояла минуту, держа в руках телефон. Но злость пересилила. Мало что может сравниться с обидой, которую испытываешь, когда лучшая подруга впервые променяла тебя на парня, и нет ничего печальнее, чем возвращаться одной с вечеринки, когда тебе пятнадцать лет."

"Девочки познакомились в детстве, когда спасли друг другу жизнь: Ана вытащила Маю из ледяной проруби, а Мая Ану – из одиночества.

Во многом они были противоположностями, но обе любили по-дурацки плясать, петь во все горло и носиться на скутере. Неплохие предпосылки для верной дружбы. Подруга важнее друга. Из всех обещаний, которые они когда-либо давали, это было важнее всего: подруга никогда не оставит.

Девушки на кухне продолжали смеяться над Аной. Они комментировали ее одежду и фигуру, но она не обращала внимания – все это она уже слышала в школьных коридорах и видела в соцсетях.

Из-за угла на нетвердых ногах вышел Лит и уставился на Ану.

– Пошел ты в жопу! – пробормотала она. Потому что им всем туда и дорога.

Дойдя до двери на улицу, она в последний раз подумала, не позвонить ли Мае. А может быть, стоит еще разок поискать ее на втором этаже? Нет, с нее хватит, надоело побираться. Даже в городе, где три четверти года земля покрыта снегом, невыносимо холодно в тени того, кто чуть популярнее, чем ты. Ана выключила звук в телефоне и убрала его в сумку.

У человечества есть множество ядов, но сильнейший из всех – гордыня.

Увидев Амата, она положила руку ему на плечо. Тот был настолько пьян, что не смог бы разобрать верхней строки в кабинете окулиста. Ана вздохнула:

– Если увидишь Маю, передай ей, что я не могу больше ждать, пока она решит, любит она арахис или нет.

Амат остановился в полном недоумении.

– Где… то есть что… то есть кто?

Ана закатила глаза:

– Мая. Передай ей, что я свалила.