Медвежья кровь

И ведь понимала, что если скажу ему об этом, то выставлю себя не в самом лучшем свете, но мысль о том, что это может помочь ему разобраться в себе, была куда важнее.

Он почувствовал изменения во мне сразу же.

Повел своим чудо-носом в мою сторону и чуть нахмурился, а в потом вопросительно кивнул, явно пытаясь понять, в чем именно дело.

— Подожди минутку… — пробормотала я, отправляясь поспешно в большой зал, где на подоконнике лежал мой сотовый телефон. А когда вернулась, то включила записи диктофона, и кухня наполнилась голосом медведя.

Невероятным. Мурчащим.

Настолько низким, что даже легкая сонная хрипота была ласкающей и завораживающей.

Он говорил на своем медвежьем языке.

Что-то бормотал, потом замирал и отрывисто выдыхал.

В такие моменты ночами я прислушивалась к нему, совершенно завороженная тем, что создание, подобное ему, существовало.

И что оно было настолько близко.

Это было сродни тому, чтобы пожить в одном доме с миролюбивым пришельцем, который пришел из совершенно иного мира, такой непохожий на тебя.

Чуточку страшный и наверняка очень опасный, но сейчас такой ранимый в том, что он отличался так сильно.

Мне редко удавалось удивить медведя, но в этот раз у меня это явно получилось, потому что его черные брови взлетели вверх. А я отчаянно покраснела за то, что делала ночью украдкой от него.

— Это что?

— Диктофон, — кашлянула я, осторожно положив телефон на край стола, откуда все еще раздавался его голос.

Я не была уверена в том, что медведь знал что-нибудь о технике, но его заинтересовало в этой ситуации вовсе не это.

— Зачем ты сделала это?

Ну как тут было не покраснеть еще сильнее?

Самое ужасное было то, что не было никакой возможности придумать что-то вразумительное и правдоподобное. Хотя бы потому, что медведь тут же почувствует, что я явно лукавлю.

— Мне нравится, как ты говоришь на своем мурчащем языке, — в конце концов честно призналась я, а медведь удивился еще сильнее, только как-то неопределенно хмыкнул и помолчал, прежде чем уточнить:

— Хотела оставить на память обо мне?

— Да.

Он слушал внимательно, иногда хмурясь, но не спешил поделиться переводом того, что ему снилось и заставляло говорить. А мне и без того было стыдно, чтобы еще пытать его.

Я только молча включала записи, которых набралось не так уж и много, тихо выдохнув на последней:

— Это все. Я могу удалить, если ты хочешь.

— Нет, не нужно. Уже пора спать.