Чимоданов подошел к стеклу, открыл раму и после некоторого колебания потрогал оставшуюся на стекле грязь пальцем.
– Комиссионер-то он, может, и комиссионер, да только какой-то неправильный, – заявил он.
– Почему неправильный?
– Потому что это не пластилин. Абсолютно натурально не пластилин... – Чимоданов показал ей палец, покрытый коричневой, быстро засыхающей жижей.
– Вытри! – быстро сказал Мошкин.
– Зачем?
– Она разъела стекло. Это комиссионер, вылепленный в Нижнем Тартаре. Обычные пластилиновые там сразу раскисают.
Эти не такие гибкие, как наши, не такие увертливые и хитрые. Эйдос им выцыганить сложно – мозгов не хватает, – сообщил Евгеша.
– А зачем тогда они нужны?
– Их используют как ботов или дублей – в сражениях на второстепенных участках. Для создания массовости, для разведки и просто как пушечное мясо. Воины они не ахти, зато и вреда им особого не причинишь. Глина есть глина. Особенно огнеупорная. Картечь в ней застревает. Даже заклинания и те вязнут. Ну, кроме самых сильных, конечно.
..
– Откуда ты знаешь? – спросила Ната.
Вопрос был сформулирован неверно. Мошкин сразу занервничал. Засомневался.
– Откуда я знаю, да? Мне ведь этого никто не говорил, нет?
Ната погладила его по голове. Ее слабая и тонкая рука наделена была особой силой. Евгеша от удовольствия едва не замурлыкал.
– Успокойся! Все хорошо. Тебя никто не ругает. Тебе Арей сказал?
– Нет. Я читал. Я же много читаю, да?
– Много, родной, много. Все читаешь и читаешь. А что им от нас надо, этим комиссионерам из Нижнего Тартара?
– Не знаю.
Но если интересно, то можно спросить, – предложил Мошкин.
– У кого?
– Да у них вот!
Ната оглянулась. Окно было облеплено ухмыляющимися разбойничьими рожами. Их было не меньше десятка. Судя по звукам, доносящимся из кухни, там вторжение уже началось.
– Что им надо? – нервно спросила Ната.
– Уж точно не твой автограф. Не хочешь попытаться их охмурить? – поинтересовался Чимоданов.
Стекло треснуло. В комнату полезли комиссионеры. У некоторых в зубах поблескивали ножи.
Мошкин выхватил меч. Чимоданов после непродолжительного размышления материализовал боевой топор. С мечами у него не особо ладилось. Несмотря на все старания Арея обучить его бою на мечах, взъерошенному, маленькому, вспыльчивому Петруччо куда больше подходил топор. Интересно, как бы он отреагировал, скажи ему кто-то, что топор – любимое оружие гномов?
Услышав из коридора шум, Мошкин обернулся. В дверях маячили еще рожи четыре.
