Бармен, шустрый, разбойничьего вида вампир с серьгой в ухе и кустарно заштопанной ножевой раной на левой щеке, наблюдал за его усилиями с
понимающей усмешкой. Оно и понятно, постоянный клиент.
В стороне, за отдельным столиком, скромный мужичонка, похожий на огородника, ковырял вилкой салат. Довольно странная еда, учитывая место, где он находился. Аппендикс в его тарелке выглядел бы здесь куда органичнее.
Пока Меф размышлял, жирный мопс, под личиной которого скрывался Депресняк, внезапно подпрыгнул метра на два и, повиснув на светильнике (тележное колесо с десятком негаснущих свечей из жира висельников), стал раскачиваться вместе с ним.
Бармен тупо уставился на него. Ему впервые приходилось видеть такую шуструю собачку.
Дафна вскочила на стол и отодрала Депресняка от лампы.
– Не обращайте внимания! Моего мопсика сглазили, а вообще-то он ужасно неуклюжий, – сказала она, искусственно улыбаясь.
Демонстрируя свою неуклюжесть, Депресняк пробежал по стене, по потолку, оттолкнулся лапами и с быстротой полтергейста уволок сушеную рыбину со стола у вампиров.
Четыре ножа, которыми его атаковали, впустую вонзились в столешницу.
А мопс уже, мурлыкая, пожирал рыбину под ногами у готовой провалиться под пол Дафны.
– Так кто тут опасен? – нетерпеливо повторил Арей.
– Мужичонка-огородник, – сказал Меф, с сомнением поглядывая то на вампиров, то на гандхарва с бабаями. Они казались ему куда круче, однако в вопросе Арея явно был подвох.
– Какой еще огородник? – не понял Арей.
– Да вон тот! Салатик ест.
Барон мрака посмотрел и фыркнул.
– Так тебя салатик смутил? И чем же он так опасен, поедатель-то салатиков?
– Собранные движения. Не бросается в глаза, не привлекает внимания. Вид скромный и безобидный. В общем, личность явно непростая. С двойным дном, – пояснил Меф.
– Ясное дело, что с двойным. Наемные маги-отравители все такие. И все почти вегетарианцы, чтоб чутье на яды не отбивать. В общем, обедать с ним я бы не садился и ужинать тоже, – заверил его Арей. – Однако речь не о нем!
– А о ком?
– Хочешь правильный ответ? Пожалуйста! Арей сделал неуловимое движение клюкой.
Одна из дырок от бублика выпала из рук скуластого бородача-алконавта и со звоном подкатилась к столу, за которым пировали вампиры. Увидев, где остановилась монета, бородач умоляюще
взглянул на бармена. Тот остался демонстративно безучастным.
Бородач вздохнул и, пошатываясь, поплелся поднимать.
– Щас кому-то будет фарш-мажор! – хищно сказала Улита.
