Механик

Она же, наверное, волноваться будет.

– Ты ее любишь? – спрашиваю тихо.

– Она дорога мне… – отвечает не сразу.

Становится настолько больно, что, кажется, сама душа болит. Прикрыв глаза, откидываю голову на кожаную спинку сидения.

– Зачем тогда вернулся в ресторан?..

Он не отвечает. Сжав челюсти, молча ведет машину и вскоре останавливается у моего дома.

Не поблагодарив и не попрощавшись, выхожу из машины. Матвей не окликает, но и сразу не уезжает. Его джип еще пятнадцать минут стоит под окнами.

Накопившийся за последние недели недосып и шампанское делают свое дело.

Во сне вижу его. Моего Матвея, того с которым я была семь лет назад. Он, посмеиваясь, что–то говорит мне, слов я не разбираю. А затем, подойдя ближе, привлекает к себе.

Он горячий. Пахнет вкусно, машинной смазкой и самим собой. От этого коктейля низ живота наполняется тяжестью. Я быстро–быстро стягиваю с него футболку и принимаюсь покрывать поцелуями его кожу.

Матвей, шумно дыша, толкает меня назад, и вот мы уже вместе лежим на чем–то мягком.

Он не спешит, лениво улыбаясь, отрицательно качает головой, разводит мои бедра и начинает ласкать влажные складки средним пальцем.

Резко дернувшись от простреливающего наслаждения, прогибаясь в пояснице, я начинаю кончать и… просыпаюсь…

Сердце колотится, как сумасшедшее, отдаваясь пульсацией во всем теле.

Ч–ч–ч–ерт… кончила во сне…

Перевернувшись на живот, вгрызаюсь в подушку зубами. Она еще с прошлой ночи не просохла, а я снова ее мочу.

И что дальше, Аня?..  Собираешься кончать от его ласк во сне, в то время, как Вероника будет кончать от него реального?

Лить слезы по ночам, и радушно встречать его, когда он будет приходить к Марго?..

Наблюдать за тем, как растут их дети по–тихому сходить с ума?..

Это меня ждет впереди?.

Нет. Я не хочу… С этим нужно что–то делать. Отвлечься, уехать куда–нибудь хоть на несколько дней. Пообщаться с другими людьми, набраться свежих впечатлений. Выбраться из Соболевской паутины.

Едва дожидаясь рассвета, встаю, чтобы приготовить завтрак. Я научилась. Статус матери–одиночки ко многому обязывает. И теперь сырники – мое коронное блюдо."

"– Чего не спишь? – удивляется заспанная Наталья, накидывая поверх длиной хлопковой сорочки темно–зеленый халат.