Механизм пространства

Первая крышка поддалась на удивление легко. Уотерхаус мрачно воззрился на белый порошок, которым был наполнен бочонок. Селитра? Известь? Мука тонкого помола?

– Измельченный сахар, для кондитеров. Наивысшего качества!

Управляющий сунул в бочку палец. Опасливо лизнул – а вдруг отрава?! Нет, датчанин не соврал: на вкус порошок был слаще меда. Им были заполнены и остальные бочки.

– Ладно, – решился Уотерхаус. – Грузите в трюм. Найдите место, где палуба уже настелена, чтоб дождь не намочил. Вон лестница, вон лебедка.

Поторапливайтесь!

Расположившись в небесной ложе, она с любопытством наблюдала за сценой земли. Там, стараясь изо всех сил, четыре актера играли невидимок. Складывалось впечатление, что прятались эти господа исключительно от луны, ибо других зрителей – не считая звезд-компаньонок – у них не было. И то правда: кому придет в голову заполночь бродить в пустынных окрестностях верфи «R. J. Triptey Ship Works»?

Таинственный квартет передвигался короткими перебежками; из тени – в тень.

От стены угольного склада – к забору, от забора – в чернильный мрак прохода меж бараками; нырнули под дровяной навес, замерли, выжидая… Не прошло и минуты, как в ближайшем проулке послышались шаги. Луна глянула в ту сторону и признала, что была не права. Предосторожности имели под собой веские основания.

Коротая ночь за грогом и игрой в кости, бравые стражники наконец решили выбраться на улицу. Первым вышагивал слоноподобный толстяк, помахивая казенной дубинкой. Следом ковыляли соратники – инвалид, опиравшийся на узловатую клюку; старик в засаленном цилиндре, с фонарем в руках; церковный служка, способный устрашить лиходеев разве что своей физиономией; и юнец-почтальон, взалкавший приключений – единственный из всех, он вооружился древней саблей.

Трепещите, воры и грабители!

Недаром остряк-репортер писал в «The True Sun»:

«Не надо претендовать на доходную должность „чарли“, если вам не шестьдесят, семьдесят, восемьдесят или девяносто лет, если вы не слепы на один глаз и не видите плохо другим, если вы не хромы на одну или на обе ноги, если вы не глухи как столб, если астматический кашель не рвет вас на куски, если ваша скорость не сравнима со скоростью улитки, а сила рук не мала настолько, что не позволяет арестовать даже старуху-прачку, возвращающуюся после тяжелого трудового дня у лохани для стирки».

Ночной дозор – живая иллюстрация к этой рекламе – гордо прошествовал мимо дровяного навеса.