— И, как оказалось, не напрасно! — подхватила Леся.
— Как же получилось, что следователь вас к себе вызвал, а потом взял и отпустил? — спросила у ребят Кира.
— А мы к нему и не ходили, — пожал плечами Дима. — Он с нами по телефону разговаривал.
— А соседка? Откуда вы знаете, что там соседка была? И откуда знаете, что она про нас наговорила?
Так ее голос за три версты слыхать! — усмехнулся Дима. — Я как услышал, что она нас там в кабинете описывает, так сразу и понял: к следаку нам с Мишаней соваться без вас не надо.
— Все равно не пойму, — сказала Леся. — Ну, описала вас следователю соседка. Пусть даже по именам назвала. Но телефон-то он ваш откуда взял?
— А у Ленки из записной книжки, — вздохнул Дима. — Кличка у меня есть — Маза. Вот эта зараза — Ленкина соседка — и припомнила ее. Ну а менты в книжку заглянули и мой телефончик раздобыли. Так вы пойдете с нами к следователю?
К следователю подругам идти решительно не хотелось. Во-первых, алиби Димы и Миши они подтвердить не могли. А во-вторых, очень уж для самих подруг картина складывалась нелицеприятная.
"
"— В самом деле, странная история… Где мы, там и труп, — пожаловалась Леся подруге, когда Дима с Мишей, очень расстроенные, все же удалились.
— Просто мы идем по следу убийцы, а он эти самые следы заметает, — заявила помрачневшая Кира; ей вдруг пришло в голову, что убийце в конце концов надоест заметать следы и он просто прикончит самих охотниц.
Леся думала примерно о том же.
— А куда мы с тобой идем? — спохватилась она, поглядев по сторонам.
— Сейчас домой, — буркнула Кира. — Заберем наших немцев и двинемся в Девяткино.
— Зачем?
— Хочу лично осмотреть место преступления, — призналась Кира. — И с соседкой этой надо поговорить. Возможно, она заметила кого-то подозрительного возле дома Ленки. Вот и пусть вспомнит. Да и с собакой тоже не все ясно. Куда она могла деться?
Немцы долго не могли понять, куда их тащат подруги.
— Мы сейчас едем смотреть русскую природу! — с обворожительной улыбкой воскликнула Кира.
— Свежий воздух, золотая осень, чудесная пора! Пушкина любите?
Но немцы сейчас не хотели любить Пушкина. Они хотели спать. Или хотя бы чтобы их оставили в покое. Этим бедолагам, не привыкшим к широте русского застолья, было явно не по себе.
С огромным трудом подругам все же удалось вытащить гостей из дома. Они соблазнили доверчивых иностранных граждан рассказами о пенных и шумных пивных реках, которые льются в уютных маленьких пивнушках за городом.
