И так как Кира хранила загадочное молчание, а Леша знал свою подругу достаточно давно, он счел своим долгом предупредить ее:"
"— Так близко, чтобы ты сумела перемахнуть с одной палубы на другую, мне все равно к чужим яхтам подойти не удастся!
— Придумай что-нибудь! — простонала Кира. — Пожалуйста! Ты же гений! Ты всегда умел сварить щи из топора!
Леша, которого после приготовленного Кирой обеда все еще мучила изжога, пробормотал, что из топора, похоже, мастер готовить кое-кто другой. Но тем не менее неумеренная лесть Киры, которую она расточала в немыслимых количествах, сделала свое дело.
Леша пробормотал, что, пожалуй, он что-нибудь и придумает. И исчез.
А Кира вернулась к своим гостям. При виде нее Йене просиял словно новенькая монетка. И тут же усадил ее рядом с собой, заботливо укрывая пледом и интересуясь, не замерзла ли она. Кира только тихонько вздыхала. Если бы, ах, если бы на месте Йенса был другой человек, насколько счастливей она бы себя чувствовала!
Да, конечно, этот Йене был очень славный.
Милый, добрый, и ему явно очень нравилась Кира. Но ее-то сердце принадлежало совсем другому мужчине. А он, мерзавец этакий, подлец, обманщик и предатель, в данный момент готовился к свадьбе с совсем другой женщиной.
И ведь что странно. Несмотря на то, что Борисов был для Киры совершенно потерян и его явно захомутала другая особа, о которой он и будет впредь заботиться, укрывать ее ножки пледом и предлагать заварить особый чай, все равно, несмотря на это, Кира не могла смирить себя.
Ну, не нужен ей этот заботливый Йене. Верните ей ее равнодушного и холодноватого Борисова, который неделями мог не замечать, что она рядом. Судя по несчастному выражению лица Леси, ее мысли двигались примерно в том же направлении. Кира видела: еще немного, и ее подруга разревется от досады и жалости к самой себе.
Этого ни в коем случае нельзя было допустить. В этот момент очень вовремя в каюту вернулся Лешка.
— Кажется, я знаю, как вы сможете добраться до «Лауры»! — выманив подруг из каюты, сообщил он им.
При этом он ткнул пальцем в какое-то рыжее жеваное и довольно грязное полотнище, расстеленное на палубе.
— Вот на этом! — с очень гордым видом сообщил им парень.
— А это что? — осторожно осведомилась Леся, пытаясь одновременно понять, как это может и.м помочь. — Это воздушный шар?
— Сама ты воздушный шар! — обиделся капитан. — Это плот! Или, если хотите, надувная лодка.
— Но она же совершенно плоская, — возразила Кира.
