ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Оказавшись за плотно закрытыми дверями в относительной безопасности, подруги переглянулись и дружно отправились на кухню, где у Киры в аптечке хранились стратегические запасы на разные случаи жизни. Секунду поколебавшись, она вытащила початую бутылку перцовки и поставила ее на стол.
Леся, которой минуту назад казалось, что жизнь кончена, при виде перцовки почувствовала некоторый подъем душевных сил и даже поинтересовалась насчет закуски.
— Не знаю, — с сомнением произнесла Кира, выгребая из недр холодильника засохший сыр, остатки салями, слегка подпорченный с одного бока огромный помидор и несколько яиц.
Закончив доставать эти продукты, Кира покачала головой.
— Боюсь, все остальное придется выбросить. Грибной суп стоит у меня в общей сложности почти неделю. А тушеные баклажаны выглядят очень странно.
— Выкидывай, — разрешила ей Леся. — Обойдемся тем, что еще сохранилось.
К этому времени она уже закончила соскребать с сыра плесень и резать колбаску малюсенькими кусочками.
Затем она обрезала плохую половинку помидора и сняла с него кожицу. Яйца поставила вариться. И когда они были готовы, протерла их вместе с сыром, помидором и зубчиком чеснока на мелкой терке.
Все полученные ингредиенты сложила в большую миску, залила сверху майонезным соусом и прибавила один мелко порубленный соленый огурчик, который буквально потерялся в огромной трехлитровой банке среди листьев смородины, дуба, вишни и хрена.
Полученную массу она разложила на поджаренные кусочки черного хлеба, и получились аппетитные тосты.
Кира тем временем охладила перцовку в морозильной камере, отмыла кастрюли и сотейник от супа и баклажанов, и подруги наконец смогли присесть за стол и насладиться тишиной, покоем и вкусными тостиками.
— Как странно! — пробормотала Кира с набитым ртом. — Еще вчера я переживала, что останусь одна, без мужчины — спутника жизни. А сегодня почти рада этому.
— Угу, — пробурчала Леся.
Ее рот был занят. Но она испытывала сходные эмоции.
Безобразная драка, которую учинили в ее честь Али с Димкой, здорово охладила ее чувства к обоим. А ну как они бы в самом деле накинулись не друг на друга, а на нее? Ужас! Ужас! Живой бы ей точно не остаться. А уж от ее божественной красоты вряд ли бы что-то осталось.
— Без мужиков скучно, зато спокойно, — дожевав тост, сделала она вывод. — И между прочим, если бы мы тогда не потащили к себе этого Матвея, то сейчас не имели бы всех этих проблем.
