Впрочем, посуду в квартире Киры он помыл. Что было, то было.
К тетке Матвея было решено ехать завтра прямо с утра. Сегодня время для визитов явно истекло. Даже общественный транспорт по улицам уже не ходил.
— В такую темень нас и самих прикончить недолго, — пробормотала Леся, пробираясь по пустынному двору.
К тому же начал накрапывать дождь, и они торопились поскорей добраться до теплого домашнего очага. Когда подруги выходили из дома, еще светило солнышко и было довольно тепло. Поэтому и оделись они в короткие легкие курточки.
О чем сейчас горько жалели.
Выйдя на улицу, они стремглав промчались через двор и не заметили темную человеческую фигуру, прислонившуюся в тени у высокого тополя. Человек почти слился со стволом дерева. Он лишь мельком скользнул взглядом по спешащим подругам. Не они были нужны ему.
Глаза человека были прикованы к трем светящимся прямоугольникам окон квартиры злополучных кузенов — Матвея и Славки.
* * *"
"И снова девушкам пришлось ловить машину, чтобы добраться до своего дома.
Весь город, за исключением редких гулен и полуночников, вроде Киры с Лесей, погружался в сонное оцепенение.
— Выспались сегодня днем, — бодрилась Леся. — Дали знатно храпака!
— А что, если нам заскочить куда-нибудь, чтобы перекусить? — нерешительно предложила Кира.
— Есть ночью? — ужаснулась бдительно следящая за своим весом Леся.
— Прямо тошнит от голода, — пожаловалась Кира.
Лесю и саму слегка пошатывало. И, сжалившись над подругой, она снисходительно обронила:
— Думаю, легкий салатик не повредит.
Но салатиком дело не ограничилось. Стоило девушкам оказаться в светлом нарядном ресторане, который обещал работать аж до четырех утра, и получить в свои руки увесистые меню в мягких с золотым тиснением кожаных переплетах, как они почувствовали, что голод буквально сжал их горло.
— Буду дичь! — кровожадно сверкнув на официанта зелеными глазищами, которые особенно ярко выделялись на побледневшем от усталости лице, заявила Кира. — Молодой человек, что у вас есть из дичи?
Официант, преданно топтавшийся рядом, с готовностью предложил Кире рябчиков, перепелов, куропатку или кусочек фазана.
Лесных птичек почему-то было жалко, и Кира, перевернув страницу, спросила:
— А утку можно?
На лице официанта мелькнуло легкое презрение. Стоило тащиться к ним в ресторан, чтобы есть какую-то обычную домашнюю утку! Ты бы еще курицу попросила! — было написано у него на физиономии. Тем не менее заказ у Киры он принял и устремил полный надежды взгляд на Лесю.
