И вскоре на очередном собрании личного состава объявил громогласно:
— Тут нам из УВД разнарядка пришла — направить одного сотрудника на первенство управления по борьбе самбо. Мы посоветовались… и решили откомандировать на соревнования самого достойного — капитана Мамбетова!"
"Колька уехал на соревнования — и пропал. Прошла неделя. Встревоженный Медведь поручил мне выяснить, в чём дело. Я пошёл навестить Мамбетова дома, благо жил он здесь же, в посёлке у Мелгоры. Во дворе меня встретил Колькин отец — старый казах.
— Здрасьте, дедушка! Что-то Николая на службе нет. Начальник велел узнать: может, случилось что? — поинтересовался я.
— Ой-ой, — запричитал дед, — балной Колька, совсем балной!
— Что с ним?
— Ой, Колка — дурак! На соревнованиях боролся. Теперь двери зубами открывает…
Оказалось, что капитан Мамбетов пал жертвой своего гонора. Прибыв на соревнования, большинство участников которых составляли такие же, как он, колонийские неумехи, Колька выкатил грудь колесом, и, поигрывая бицепсами, усиленно изображал из себя опытного борца.
На том и попался. Организаторы состязаний приняли его за серьёзного спортсмена и в первой же схватке свели с настоящим самбистом, каким-то там мастером международного класса. Тот, введённый в заблуждение самоуверенным видом соперника, крутанул его и шваркнул о ковёр от души. В результате у Кольки оказались вывихнуты сразу обе руки.
Позже, поняв, что имеет дело с дилетантом, самбист, извиняясь, укорил Кольку:
— Ты бы шепнул мне, что приёмами не владеешь, я бы аккуратненько тебя положил.
А так — подумал, что ты и впрямь чемпион какой-то…
И ещё, коль речь зашла о спортсменах.
«Поднялся» как-то на Мелгору настоящий каратист — из тех, что кулаками доски ломают и кирпичи крушат. Он как-то удачно прошёл следственный изолятор, и не понял вовремя, куда попал. Принялся с «карантина» демонстрировать свои боевые навыки, заявив во всеуслышание, что в зоне он любого «уроет», и что на авторитеты ему плевать. Такая наглость по «понятиям» не прощается.
Однажды ночью, дождавшись, когда каратист уснул, зеки навалились гурьбой, придавили ему шею полотенцем, и засунули в задний проход ферзя — в просторечии, «королеву». А «петуху», как известно, уже никакие кулаки не помогут…
В конечном итоге, профессионализм тюремщика состоит вовсе не в том, чтобы метко стрелять, или кирпичи кулаками крошить. Применение физической силы против осуждённого — ситуация хотя и вполне реальная, но всё-таки достаточно редкая.
