- Демонов упертый баран! - прорычал мой дорогой супруг, привлекая меня еще ближе так, что я уже дышала с трудом. – Спелся с моим братцем и вынудил того, отправить его с женой в качестве представителей Айдарии сюда. Я думал, что не сдержусь, и просто уничтожу их всех в теплом гадюшнике рода Сианских.
Послав мужу волну тепла и нежности, продолжила молча кружиться по залу.
- Зачем ты согласилась танцевать с ним? – не унимался Император.
- Ты и сам знаешь, что он бы обязательно что-нибудь выкинул, если бы я отказалась, - пожала плечами в ответ.
– Я не хотела портить праздник сыну, и согласилась на танец. К тому же, нам давно нужно было поставить точку в этой истории.
- Ты рада его видеть? – вновь задал вопрос Оливер, глядя на меня с затаенным страхом.
- Я рада видеть только моего мужа, - отрезала, начиная выходить из себя, - который почему-то считает, что нам больше нечего обсудить, кроме совершенно постороннего для меня мужчины. А раз так, то мне придется самой задать тон нашей беседе, поскольку от тебя, мой Император, совершенно нет сегодня никакого толку в этом вопросе.
И более ни на что не отвлекаясь, проникла сквозь щит мужа и послала ему мощную волну своих чувств: радости и счастья от встречи с ним, раздражения от того, что он терзает нас по всякой ерунде, и дикого неудовлетворенного желания, которое всегда испытывала, оказываясь так близко от него. Глаза Оливера еще больше потемнели, а дыхание участилось.
- Что ты творишь, Мел? – прошипел он."
"- Ты сам напросился, - беззаботно пожала плечами. – Не стоило разочаровывать меня после долгой разлуки. Теперь тебе в полной мере предстоит вкусить месть обиженной жены.
Мой супруг еще хотел что-то сказать в свое оправдание, но я уже передавала ему занимательную картину того, как он расслабленно сидит в кресле в нашей спальне в одном халате на голое тело, а я медленно подхожу к нему в сногсшибательном полупрозрачном белье и опускаюсь на колени.
Быстро фиксирую руки мужа к подлокотникам кресла и начинаю творить нечто невообразимое руками, губами и языком. Все что сейчас показывала Оливеру, я сопровождала волнами вожделения, сладостного томления и всепоглощающего желания.
Император перестал танцевать и буквально пожирал меня глазами, держа в объятиях и тяжело дыша. Музыка стихла, и толпа гостей потрясенно взирала на нас, неподвижно стоящих в центре зала.
