Мемуары голодной попаданки

Прежний Захарий, угрюмый и равнодушный ко всему, меня пугал гораздо меньше, нежели этот – агрессивный и колючий. А уж его ночные приходы в подпитии и вовсе не поддавались пониманию – столько лет не притрагивался к «зеленому змию», хотя весь погреб был заставлен всевозможными сортами и видами алкоголя, а теперь вдруг пустился во все тяжкие. Ох, разбередила старые раны бывшая невеста, а теперь чужая жена.

Но замалчивать о находке все-таки не хотелось. После недельного квеста в попытках поймать неуловимого мага, я, поднявшись с утра пораньше, засела в засаде прямо на лестнице.

Кутаясь в пушистую шаль и стараясь не заснуть в предрассветных сумерках, набралась терпения и принялась ждать.

Спустя несколько минут послышались торопливые шаги на втором этаже. Каюсь, в дремотном состоянии я замешкалась и не убрала вовремя свои прекрасные телеса с дороги спешащего Зака. Толчок. Грохот. Отборная ругань, половину которой я даже не смогла расшифровать. И как результат – распластавшийся на полу маг.

– Ты там целый? – обеспокоенно поинтересовалась я, пытаясь разглядеть в полутьме состояние потерпевшего. На что получила новую порцию брани. Фух, значит, не покалечился.

Впрочем, не уверена, что это такая хорошая новость. Поднимающийся с пола, растрепанный и жутко злой маг чувства облегчения совсем не внушал.

– Вот, – я выставила вперед себя дневник, словно монах, защищающийся библией от нечисти, – думаю, тебе следует прочесть.

К сожалению, попытки отвлечь внимание разъяренного мужчины на книжицу Всеведа, не возымели успеха.

Зак надвигался на меня неумолимой штормовой волной, грозя уничтожить.

– Э! Ты чего? Я же не специально, – испуганно метнулась я в сторону.

Маг – за мной плавным, смазанным рывком. Его чернильные в утренних потемках глаза угрожающе блеснули. Признаюсь, жутко ощущать себя чьей-то добычей. Я попятилась, еще шаг, прилипла спиной к стене, в панике осознав – отступать больше некуда. Зак приблизился, навис надо мной.

Да что с ним происходит? Преградой между нашими тесно прижатыми друг к другу телами теперь был лишь дневник, который я судорожно сжимала дрожащими пальцами. Огромная рука легла на мой затылок – такая если сожмется, от бедовой головушки Ани ничего не останется – зафиксировав положение, а вторая уперлась в стену. Склонившись ко мне, Зак на мгновение замер, словно пытаясь взять себя в руки, но потерпев поражение, со стоном припал к моим губам.