Мемуары голодной попаданки

– Она говорила, ты страдал от преданной любви, мол Эвениза бросила и ты…

– Фух, – рассмеялся Зак, – я уж было испугался, что Эгебельдеризенции боги на ухо шепчут.

– Это как?

– Когда знания даются обо всем свыше.

Он про местных ясновидящих говорит?

– То есть она не из тех, которые с богами общаются?

– Получается, что нет. Видишь ли, все было не совсем так, как тебе Эгебельдеризенция рассказала. Конечно, для меня стало ударом и уход Эвенизы, и ее близкое со мной родство, о котором она до того даже не заикалась явно из меркантильных соображений.

Но если быть до конца честным, более всего меня подкосило отсутствие магии. Это как лишить рук человека, который всю жизнь рисовал.

– То есть ты Эвенизу не любишь? – спросила я, затаив дыхание.

– Люблю, конечно, – выдал, но поспешил добавить, видимо, обратив внимание на мой скисший вид, – как сестру. Мы же выросли вместе. Керза я плохо знал, он был гораздо старше нас с Эвой, к тому же отец почти сразу пристроил его в столице. А вот с Эвенизой мы не виделись лишь по ночам, с заходом солнца расходясь по своим домам, а утром снова торопясь встретиться.

Поверь, ревновать к ней не стоит. Я люблю тебя.

Я не ослышалась? Он это действительно сказал? Мне не снится?

Я недоверчиво хмыкнула. Хотелось скакать, крича во всю глотку, но я лишь открывала и закрывала рот, точь-в-точь брошенная на разделочную доску рыбешка.

Мое затянувшееся от шока молчание и выпученные глаза заставили Зака нервничать.

– Конечно, я понимаю, что не самая лучшая партия, – снова вспомнилась Эвениза, которая предпочла герцога жениху.

 – И наследство это в виде Переговорного и Зачарованного, от которых невозможно избавиться, тоже не мед, – ну да, ну да, дом-трансформер и лес-кладезь всевозможных «плюшек». – Но, я клянусь, что люблю тебя больше всего на свете, и сделаю все возможное и невозможное для твоего счастья!

Переговорный даже не скрипнул. Неужели правда? Неужели…?

– А еще у меня есть то, за что ты душу готова отдать, – весело прищурившись добавил Зак с хитринкой в глазах.

 – И я готов поделиться с тобой.

– Заманчиво, – осторожно ответила я, – и что же это?

– Дети.

Точно. Он же официально считается их опекуном. А все мы давно…

– Но мы уже семья.

– Да, – согласился Зак, – и как только ты согласишься отправиться со мной в Храм, станем не просто семьей, а очень-очень счастливым семейством, где никто не будет страшиться, что в любой момент счастье закончится.

– Ты сейчас про детей? Так ведь…

– Про себя.