В тот день я отправился на рыбалку, одолжив лодку на пару часов у Вогана. Он раньше был рыбаком. Теперь иногда от скуки ставит сети на ночь и возвращается с уловом рано утром. Днем ему лодка не нужна. Обычно я ловил камбалу на свежих креветок неподалеку от берега, где дно круто уходит вниз. Опускаешь в этом месте наживку на дно. Она сползает вниз мимо камбалы, которая бросается из засады. Надо дать рыбе секунд пять, чтобы хорошенько заглотнула наживку, иначе сорвется. В испанских ресторанах из нее будут делать очень вкусный густой суп-шоре с томатным соусом.
Дилин так не умеет, только жарит с оливковым маслом на сковороде, специально отлитой из бронзы для меня.
Кантабры пока не знают такой посуды. Точнее, используют глиняные похожие тарелки с высокими бортами для запекания, которые имеют дурную привычку трескаться на сильном жару. У римлян сковороды встречаются только у богатых, потому что дороги. Позаимствовали у карфагенян, которые в свою очередь у финикийцев, а те у вавилонян. Римская имеет длинную ручку и три ножки, потому что ставили на открытый огонь.
Изготовленная для меня с «ушками» и без ножек. Дилин долго привыкала к ней, а теперь использует каждый день."
"Вернувшись с рыбалки, я занес весла Вогану, оставив и большую часть улова, потому что вдвоем с женой всю пойманную рыбу на ужин и завтрак не съедим, а на следующий день протухнет. Несмотря на наличие льда в горах, который на вершинах тает только в начале лета, до лёдников здесь пока не додумались, даже погребов нет, только зерновые ямы.
Остальное отдал Дилин, чтобы приготовила. Она обожает жареную камбалу. Мне тоже нравится.
— Ой, как хорошо! — обрадовалась она. — Мне как раз вина принесли только созревшего, попробуем его с жареной рыбкой!
Ночи еще холодные, поэтому готовит жена дома на очаге, заодно прогревая помещение перед сном. Дым уходит через отверстие в стене под крышей. По моему глубокому убеждению, делает это только меньшая часть его, а остальной из дома палкой не выгонишь.
В холодное время года от всех кантабров воняет дымом.
Чтобы не дышать им и кашлять, когда першит горло, я вышел на улицу, сел у дома на лавку из двух каменных опор и двух досок, положенных на них. Занялся стрелами. Местный столяр подогнал мне партию каленых древков. Насаживал на них железные втульчатые наконечники, игольчатые, листовидные и граненые бронебойные, выкованные местным кузнецом. Для лучшего скрепления смазывал клеем из рыбьих плавательных пузырей.
