Винсент сидел, глубоко погруженный в книгу о связи поведенческих моделей с возрастом. Автор пытался уяснить, какие взгляды, ценности и реакции наиболее обычны на том или ином этапе жизни. Люди не так уникальны, как может показаться. Эту книгу Винсент купил, чтобы лучше понять свою семью. О том, что у людей разных возрастов — девяти, пятнадцати, девятнадцати и сорока лет — могут возникнуть проблемы с взаимопониманием, он знал не понаслышке. С другой стороны, фактический материал, составивший основу для выводов автора, не имел к его семье непосредственного отношения, и об этом тоже следовало помнить.
Но на этот раз Винсент хотел понять убийцу. Привязать те его действия, которые уже были им известны, к определенному полу, возрасту, возможно, социальной среде. Это было бы кое-что. Но дело в том, что своим поведением убийца противоречил сам себе.
— Винсент? — раздраженно повторила Мария. — Твой телефон звонит. Или ты не хочешь говорить в моем присутствии?
Винсент захлопнул книгу и уставился на мобильник на ночном столике.
— Приятного времяпрепровождения с любимой женщиной, — язвительно напутствовала она. — Только не буди Астона, у него был тяжелый день в школе.
Винсент прошел в кабинет. Пытаться перекричать музыкальную программу «Давайте танцевать» на четвертом канале — безнадежное дело.
— Привет, Мина. — Винсент осторожно прикрыл дверь.
— Кристер разговаривал с дедушкой и бабушкой Тувы, — сообщила она.
— И тебе добрый день.
Хорошо, что это был не видеозвонок. Винсент почти не сомневался, что не смог бы скрыть самодовольной улыбки по поводу своей последней реплики.
— Привет, Винсент, — ответила Мина. — Я всего лишь пытаюсь держаться на твоем уровне.
Винсент сел за письменный стол и медленно повернулся на стуле. Мина как будто говорила в наушниках. Естественно, разве она станет прижимать к уху телефон, который лежал на столе или в кармане… Не раньше чем хорошенько его вымоет.
— И еще Кристер звонил Йесперу Сеси, отцу Агнес, — продолжала Мина. — Угадай, кого назвали все трое?
— Даниэля Баргабриэля.
Собственно, другого имени у Винсента не было.
— Отлично, менталист, — похвалила Мина.